Книга Искатель, 2012 №4, страница 17 – Александр Юдин, Варвара Клюева, Иван Белогорохов, и др.

— Прошу прощения, — поспешно сказал Лайерс. — Я знаю, что это так и есть. Но и вы должны понять мое желание отблагодарить вас всех. Ведь без вас я просто пошел бы на дно. А с тех пор как эти подлецы финикияне выдумали монеты, найти лучший способ благодарности очень трудно.

Все заулыбались и облегченно зашевелились. Лайерс понял, что прощен, и продолжал:

— Итак, мне надо знать, кто купил пакет Клэриджа.

— Мы же не сыщики, босс, — возразил Майкл.

— А я думаю, это будет не так уж и сложно, — заявил Фил. — Скоро время выплаты дивидендов. Можно считать доказанным, что пакет ушел в одни руки, а не порознь?

— Я видела своими глазами, — сказала Милли. — Я была там по другим делам и увидела Артура. Я просто глазам своим не поверила, когда узнала наши акции и поняла, что он их продает. Какой-то человек, мне незнакомый, купил их все оптом на моих глазах.

— А ты узнаешь его?

— Боюсь, что нет. Но на бирже он не завсегдатай. Я ведь всех знаю — должность такая.

— Конечно, акции не именные, — сказал Фил. — Но при выплате такой суммы дивидендов — у Клэриджа ведь был самый большой пакет — узнать будет можно.

— Да какая вам разница? — спросил плановик.

Лайерс посмотрел на Майкла и Милли. Оба поспешно отвели глаза, не желая заново открывать дискуссию.

— Вы же прекрасно понимаете, — сказал Лайерс, — что тот, кто купил акции, получит солидную, даже очень солидную, прибыль. И будет получать таковую ежеквартально.

— И делить с Клэриджем, — не выдержала все-таки Миллисент.

— Нет, с Артуром, — упрямо возразил Майкл.

— И делить ее с каким-то негодяем, — невозмутимо продолжал Лайерс, — который и подстроил всю эту чехарду. Мы должны его вычислить.

— Какой смысл Клэриджу продавать и опять покупать через подставное лицо собственные акции? — спросил Майкл у Милли.

— Я этого не утверждала. Я говорила, что он продал, струсив, а потом разыграл комедию. Но сейчас я думаю, что ты, может, и прав. Значит, какой-то смысл был.

— Какой-то смысл был! — передразнил Майкл. — Ау Артура этот смысл и искать не надо. Он очевиден.

Начался разноголосый спор. Мнения разделились. Кто-то защищал Артура: он имел заработок, хорошую должность, а прибыль, хоть и высокая, вряд ли стоила риска все потерять. Другие стояли за Клэриджа: столь сложная игра, да еще и неизвестно зачем проводимая, была непохожа на него.

— Я вижу, что я в меньшинстве, — сказал наконец, улыбаясь, Лайерс. — Я уверен, что никто из них ни при чем.

— Как же это может быть?

— Они же не о смысле жизни спорят, — сказал Фил. — Тогда могут быть оба правы или оба ошибаться. Но ведь здесь верно только одно: Клэридж либо звонил Артуру, либо нет. И все.

— Он не звонил ему, — сказал Лайерс.

— Значит, лжет Артур?

— Нет. Он не лжет. Он и в самом деле так считает.

— Значит, его обманули?

— Послушайте, босс, — вмешался Майкл, — представьте себе, что я звоню вам и пытаюсь выдать себя за Фила. Удастся мне это?

Лайерс помедлил.

— Нет.

— Это невозможно. Они работают вместе несколько лет. Знают малейшие оттенки голоса друг друга и все интонации.

Лайерс молчал.

— Один из них нагло врет, босс. Вопрос только в том, кто.

— Артур сказал, — медленно заговорил Лайерс, — что его несколько удивило, что Клэридж извинился за ранний звонок.

— Ай, бросьте вы эти сименоновские штучки! — обозлился Майкл. — «Поскольку он в двухлетнем возрасте любил свою троюродную бабушку, он сейчас не может обмануть Клэриджа». Бред это!