Книга Аморальные, страница 69 – Алайна Салах

После кофе ещё херовее становится. Эмма вечно лечила, что с похмелья не надо кофеином себя травить, чтобы мотор и нервы сильнее не напрягать. Походу, не спиздела.

Но так как я на неё злой, херачу ещё две чашки. Советы пусть своему следующему мужику раздаёт. Найдёт себе лоха послушного, который будет по каждой её команде в стойку вставать.

За руль, чую, нельзя в таком состоянии, поэтому вызваниваю Илюху. Он через час прикатывает и доставляет мою тушу в офис. Про Эмму он тоже нихера не знает. Позавчера с ней разговаривал и она ему сказала, что за ней приезжать не надо.

До ресепшена кое-как доползаю и вижу Аньку. Вот, блядь, неудивительно, что бабы дольше живут. Они, походу, раз в сто мужиков крепче, просто вида не подают. Девять утра, меня с перепоя, как флажок на палке мотает, а эта бодряком за стойкой шуршит и выглядит, как будто только что из салона.

— Доброе утро, Константин Викторович! Вам кофе как обычно?

— Тащи, если хочешь, чтобы я блеванул, — ворчу и у кабинета торможусь. — Слышь, у тебя же обычно всё подряд есть. Может, аспирин надыбаешь?

— Конечно.

Через десять минут приваливает с подносом: там и аспирин в стакане шипучий, и ещё какие-то капсулы.

— Чего это?

— Это витамины, — поясняет. — Помогают быстрее снять абстинентный синдром.

— Ты тоже врачиха, что ли? — всю горсть в рот отправляю и шипучкой запиваю. Даже если мышьяка насыпала, хуже один хер не будет.

— Отец алкоголиком был. Его рецепты.

Про себя отмечаю, что Анька после вчерашнего вообще ровно держится. Не жмётся, глаз не отводит.

— Тоже у тебя житуха была, по ходу, не сахар. Дуй к себе, ладно? Один хочу посидеть. А то Эрик Батькович сейчас подвалит и начнёт зудеть.

Через полчаса Анькины таблетки действовать начинают, и полегче становится. Но, сука, как только башку отпускает, сразу куча мыслей про неё лезет. Что, где, блядь, и когда.

Ну даже если психанула и решила, что я ей нахуй не нужен, неужели так сложно было в глаза сказать? Сама же вечно топила за прояснения. Я бы хоть понял, может, что исправить можно. Пришли бы к какому-нибудь решению. Ультиматум бы в конце концов выкатила: если через пять лет с икрой не буду — ты, Костя, на хуй идёшь. Я бы скорее всего согласился.

Мобильник беру и ей набираю. Там автоответчик меня в десятый раз на хуй шлёт.

Бля-я, я, по ходу, реально тряпка. Всего вторые сутки без неё, и уже конкретно поплохело. Про работу нихера не думается… Вообще ни о чём не думается, кроме неё.

К вечеру ещё хуже становится. Эрик съебал Ариэль в рисовалку отвозить, а меня так разматывает, что сидеть на месте становится невозможно. По кабинету миллион кругов намотал, и потом осеняет меня, что уёбан этот губастый, который меня опрокинул, стопудово в курсе, где Эмма шкерится.

Его номер у меня ещё из ФСБ-шного досье имеется. «Педик» он у меня записан.

У окна торможусь и ему набираю. Спрошу, где Эмма. Если начнёт буровить — на хуй пошлю.

С третьего гудка он аллокает.

— Здорово, — говорю. — Это Костя.

А этот как моё имя слышит, сразу вызов сбрасывает. Я ещё набираю, а на том конце автоответчик сразу врубается. Пидор, он и есть пидор.

И, блядь, после этого меня так накрывает, что хоть на пол ложись. Потому что нихуя никаких концов нет. ФСБ-шнику можно набрать, чтобы местоположение её пробил, но, бля-я… Платить ФСБ-шнику, чтобы найти телку, которой ты больше нахуй не нужен? В прошлом году хоть реальный обоснуй был — она меня на бабки киданула… А сейчас стремно так.