Книга Папина дочка, страница 41 – Алайна Салах

— Спасибо за доверие. Мне приятно. Тем более, что я высокого мнения о твоём чувстве стиля.

Марк театрально проводит ладонью по волосам, имитируя самодовольство, и тут же задорно смеётся.

— Сама королева стиля меня похвалила. Паж в ауте.

Я тоже смеюсь, напрочь забыв, что опаздываю на лекцию. Марк в этом смысле оказывается более ответственным.

Перебросившись со мной ещё парой фраз, он смотрит на часы:

— Каролин, с удовольствием бы ещё с тобой полдня простоял, но мне через семь минут в другом месте. Придётся жать на газ.

— Конечно, — понимающе киваю я. — Поезжай. Мне тоже нужно попасть на занятия.

— Ну ладно… — после секундной заминки Марк раскрывает объятия и прижимает себе. Запах знакомого парфюма наотмашь бьёт по рецепторам, и сердце, сжавшись, начинает колотиться как бешеное. Совсем как тогда.

— Был очень рад с тобой встретиться, — голос Марка вибрирует у меня под ключицей.

— Я тоже, — искренне говорю я, погладив ткань его куртки. Наощупь — шерсть и кашемир. — Хорошего тебе дня.

Пожелав того же, Марк одаривает меня прощальной улыбкой и уходит.

Нетвёрдой рукой я забираю пальто с вешалки, накидываю его на плечи, беру под мышку сумку. Сердце всё ещё частит, взбудораженно и чуть разочарованно: кажется, я рассчитывала, что Марк предложит ещё как-нибудь увидеться — по-дружески, разумеется. С другой стороны, может, и к лучшему, что он этого не сделал. Ведь это будет лишним напоминанием о…

Дзынь!

Остановившись в дверях, я подношу к глазам пискнувший телефон.

«Я как всегда растерялся в твоём присутствии и забыл спросить: не хочешь выпить кофе со мной на днях?:) А то мы толком и не поговорили».

Улыбка расползается по лицу, пальцы сами собой ложатся на клавиатуру.

Так, стоп. Неделя полностью загружена учёбой и съёмками, и едва ли мне удастся вырваться. Да и следующая тоже занята под завязку… И в целом не уверена, что продолжать наше общение — хорошая идея по целому ряду причин.

Убрав телефон в карман, я выхожу за дверь, сажусь в машину, проезжаю несколько метров и, резко затормозив у шлагбаума, снова его достаю.

«Хорошо. В среду я буду работать в тот же кафе. Если будет возможность — подъезжай».

Домой я приезжаю ближе к одиннадцати вечера. Минут сорок уйдёт на то, чтобы составить завтрашний образ и умыться, а значит, спать мне осталось не больше шести часов.

В таком графике я существую уже несколько месяцев: встаю и сразу несусь куда-то. Учеба, курсы, съёмки, скетчи — времени едва хватает на то, чтобы поесть. Но я не жалуюсь. Такая жизнь меня полностью устраивает, ведь в полной мере реализую свою мечту: привнести в мир ещё больше красоты и стиля. Отлично, что ничто не отвлекает меня от цели.

Зайдя на кухню, я включаю чайник и опускаю в чашку пакетик эрл-грея. С отъездом Леона дом опустел, и тишина в нём порой ощущается тоскливой. Ясно, что мы не могли до старости жить под одной крышей, но я почему-то всё равно оказалась не готовой к разлуке с братом. Я привыкла, что могу в любой момент войти к нему в комнату и поговорить, столкнуться на кухне или на парковке.

Поднеся дымящуюся чашку к губам, я делаю осторожный глоток. Я безусловно рада, что Леон обрёл своё счастье, но моментами ощущаю себя ужасно одинокой.

— Солнышко, ты здесь?

Щелчок выключателя заливает кухню вспышками потолочных светильников. Поморщившись, я тру глаза.