Книга Однажды на реалити-шоу, страница 13 – Алайна Салах

— Спасибо. — Я возвращаю внимание к сумке. — Поболтаем в другой раз, ладно? Хочу переодеться. Я поняла, что милитари круто, но у меня от них мозоль на пятке.

Судя по вытянувшемуся лицу, Кристина, как и Котов, привыкла, что окружающие ссут от нее кипятком. Она открывает рот, собираясь что-то сказать, но не успевает, так как в этот момент в комнате появляется Егор-Игорь.

— Внимание, девушки! Через пятнадцать минут встречаемся в гостиной! Артем хочет поговорить с вами о правилах проживания.

По комнате прокатывается восторженное эхо голосов, в которое вплетается мой измученный стон.

Да чего этому Котову неймется? Мы виделись всего час назад. Мог бы выложить все сразу и свалить на все четыре стороны. И какие, черт подери, правила проживания он хочет обсудить? Как подмываться так, чтобы не расплескать воду? Или в каком порядке заправлять кровать?

После ухода Егора-Игоря комната превращается в жужжащий улей. Половина участниц бросается переодеваться, вторая — наносить второй слой штукатурки.

С облегченным вздохом я стаскиваю говнодавы и вдеваю ступни в пушистые домашние тапки, которые предусмотрительно засунула в сумку мама. Все, вечерний лук готов.

* * *

— Девушки, еще раз добро пожаловать! — Артем торжественно обводит рукой периметр гостиной так, словно лично ее спроектировал. — Надеюсь, этот дом станет для вас местом новых открытий и… — он делает очередную долгоиграющую паузу, — конечно любви. Но существует несколько правил. От вас требуется относиться друг к другу с уважением. Оскорбления, агрессия и физическое насилие полностью запрещены.

Мой рот распахивается в зевке, но захлопывается, стоит взгляду Котова лечь на меня.

Я возмущенно поднимаю брови. В смысле? Теперь меня назначили главной зачинщицей беспорядков?

После этого бесполезного собрания нас отпускают восвояси. Отказавшись хлестать шампанское на кухне с остальными участницами, я ухожу бродить по коридорам.

Ох, ни черта себе! Здесь даже рояль есть.

Приподняв белоснежную крышку, я осторожно глажу клавиши. Не то, чтобы я умела играть — скорее, это мой способ приобщиться к прекрасному.

— Сыграешь Баха — получишь свидание со мной вне очереди, — раздается прямо за мной.

Вздрогнув, я оборачиваюсь и вижу перед собой насмешливое лицо Котова.

Быстро взяв себя в руки от неожиданной встречи, я натягиваю на лицо выражение снисхождения.

— Могу сбацать «Собачий вальс» в обмен на возвращение домой. Как тебе сделка?

— М-м-м… — Котов трет подбородок, делая вид, что обдумывает предложение. — Пожалуй, нет. Мои слуховые рецепторы слишком утончены для такой банальщины.

— Правда? То есть, если я загляну в твой плейлист, то обнаружу там шедевры мировой классики и отсутствие хип-хоп-фекалий про горы бабла, тусовки в Сан-Тропе и течных сучек?

— А разве музыкальный вкус непременно подразумевает приверженность к классике? Откуда такой перфекционизм?

— На мне кожаная юбка и розовые меховые тапки, — фыркаю я, глядя себе под ноги. — Всерьез считаешь меня перфекционисткой?

— Да, я заметил, что ты не слишком старалась принарядиться вместе с остальными.

Его приглушенный смех заставляет меня заулыбаться.

— За это утро я исчерпала свой годовой лимит битвы за красоту и теперь месяц не планирую причесываться.

— Боюсь, это будет серьезным нарушением контракта. — Котов щурится. — Тебе действительно нравится эпатировать окружающих или это часть имиджа для шоу?