Книга Однажды на реалити-шоу, страница 35 – Алайна Салах

— Герда и Марат?!

— Все-все, любопытная, — Приобняв меня за плечи, Артем тянет за собой. — Не будем мешать Герде работать.

— Нет, ты слышал? — шиплю я, понизив голос. — Ее брата назвали Маратом! Для чего нужно было ломать концепцию? И кстати…

Я резко останавливаюсь.

— Какого черта ты взял ключ от номера, если мы идем любоваться видом?

— А как ты собралась попасть на восемьдесят третий этаж? Наняться сюда уборщицей?

— Не знаю… — Я моргаю в замешательстве. — То есть ты заплатил за номер просто ради вида?

— Говорю же — оно того стоит. Но если захочешь — можем потом кино посмотреть.

По достижению лифтом нужного этажа в животе волнительно ухает, словно я вновь очутилась возле разгонного стола. Дело вовсе не высоте здания, а в Артеме. Его близость заставляет меня нервничать, чего не было в ресторане.

Отперев дверь, он пропускает меня вперед. На первый взгляд ничего особенного: дорогой, но минималистичный номер с мягким светом и идеально подобранными деталями интерьера.

Мой взгляд машинально устремляется на панорамные окна. Мы же ради этого сюда приехали.

— Иди сюда, — по-хозяйски пройдя вглубь комнаты, Артем рывком отодвигает стеклянную дверь. Влажный вечерний ветер приглашающе ударяет в лицо.

Город, расстелившийся передо мной, похож на лоскутное одеяло, сшитое из миллионов огней. Машины снуют во все стороны, как жуки, гудят, моргают фарами. Кто-то спешит домой, кто-то уезжает в ночь. За золотистыми окнами высоток угадываются чьи-то жизни. Я напрягаю зрение, пытаясь отыскать дом родителей. Было бы так здорово хоть несколько секунд подглядеть за ними: как мама колдует у плиты, а папа, уткнувшись в потрепанный томик Оруэлла, раскачивается в своем любимом кресле.

— Что думаешь? — раздаётся за мной голос Артема.

— Думаю, что здесь красиво, — отвечаю я, не оборачиваясь.

— Только красиво? Куда делся твой богатый словарный запас, номер три?

— Простота порой уместнее витиеватости.

— Согласен, — его голос звучит неожиданно близко. — Простота кажется честнее и понятнее.

Я оборачиваюсь. Котов стоит всего в полуметре от меня, а его глаза в полумраке кажутся ещё темнее и глубже.

— Ты всегда так философствуешь? — иронизирую я в попытке скрыть нарастающее волнение.

Он качает головой.

— Только когда хочется произвести впечатление.

— И как, получается?

— Тебе виднее.

Не сумев удержать его прямой взгляд, я снова смотрю на город. Однако, сногсшибательный вид больше не завоевывает мое внимание. Я слишком сосредоточена на ощущении близости Артема ко мне.

— Часто привозишь сюда девушек? — спрашиваю я, стараясь звучать небрежно.

— Хочешь услышать правду или ответ, который тебя устроит?

— О, так это разные вещи?

— Ты первая.

Я беззвучно смеюсь, испытывая отчего-то странное облегчение. Будто мне действительно есть дело до того, сколько девушек здесь было с ним до меня.

— Что-то не верится.

— Надо доказать?

Рука Артема вдруг касается моего плеча, отчего я замираю. Сердце начинает колотиться чаще, по телу тугой волной разливается жар.

— Все нормально? — его голос становится тише..

— Нет, — бормочу я и, увернувшись от касания, стремительно покидаю балкон.

Артем выходит за мной следом.

— Ты всегда такая напряженная?

— Только рядом с теми, кто действует на нервы, — фыркаю я, опускаясь на край дивана. Сердце продолжает неровно стучать, ладони и щеки нестерпимо горячие.