Книга А потом я проснусь, страница 90 – Алайна Салах

— Извини. — С шумом выдохнув, я переступаю порог. — На автомате вышло. Я не так хотел поздороваться.

— Нормально все, — неожиданно миролюбиво произносит она. И тут же неуверенно уточняет: — Мы у меня посидим или пойдем куда-нибудь?

— Если ты голодная, то можем сходить перекусить, а потом поехать в кино.

Ее глаза вспыхивают радостью, на губах снова расцветает улыбка.

— Щас тогда! Быстренько переоденусь… Кушать я не хочу, бутерброд съела. А ты сеанс уже выбрал?

Последняя фраза слышна уже отдаленно, потому как она, крутанувшись волчком, уносится вглубь квартиры.

— Нет, не смотрел еще. Могу предоставить выбор тебе, если хочешь.

— О, супер тогда! Там новый фильм с моим любимым актером вышел… Давай на него сходим…

Когда звучит уже знакомое мне название, я готов рассмеяться. То есть мне все же предстоит досмотреть это безобразие до конца? Ладно, что уж теперь. Сам ведь дал ей возможность выбирать.

Через полчаса мы приезжаем в тот самый кинотеатр, в котором накануне я провел бездарных полтора часа. С девушками я в кино сто лет не был: Женя не слишком любила, а остальные отдавали предпочтения куда более модным заведениям. Купив Ярославе самый огромный попкорн (сладкий, как она и просила) и два литра еще более сладкой колы, мы размещаемся на своих местах. Как ни парадоксально, но сегодня это не места для поцелуев, а середина зала. Она ведь ждала этот фильм, в отличие от меня, так что можно на время отказаться от грязных фантазий.

— Вот он, вот он! — верещит она с набитым ртом, тыча в экран пальцем. — Мой любимчик. Обожаю его. Классно играет.

Сказать, что этот изрядно затертый актер с шаблонным набором мимики «классно играет» у меня не повернулся бы язык, и большинство кинокритиков, к слову, со мной согласны. Но самое удивительное, что обнаружившееся у Ярославы отсутствие вкуса к кинематографу, меня даже мало-мальски не напрягает. То, с каким неподдельным интересом она следит за происходящим на экране и как в волнении кусает губы, когда между главными героями происходит ссора, в которую, благодаря их бездарной игре и чересчур витиеватым диалогам (ну не разговаривают так люди в реальности!) нисколько не верится, меня, наоборот, умиляет. И это ее приглушенное бормотание: «Ну вот ты за дурак, а? Любит же она тебя. Видно же, что любит» особенно. Определенно, смотреть кино с ней в разы увлекательнее.

— А ты почему не смотришь? — Видимо, почувствовав мое внимание, она переводит сияющий взгляд на меня. — Не нравится?

— Я вчера на этом фильме был, — честно признаюсь я.

— Правда, что ли? — Она так изумляется этому факту, что едва не опрокидывает ведро с попкорном мне на колени. — А зачем тогда мы сюда пошли… Блин… Тебе же, наверное, жутко скучно.

Уж точно не скучнее, чем на первом просмотре, хочется ответить мне, но, к счастью, хватает ума сдержаться.

— Мы пошли, потому что ты хотела. Я кстати его до конца не досмотрел, так что скоро включусь.

— Блин… — В голосе Ярославы появляются совершенно особенные, почти нежные ноты: — То есть это ради меня? Блин, Алан… Ты…

— Я неподражаем, знаю, — со смехом отвечаю я. — Наслаждайся.

И тут Ярослава снова удивляет: во второй раз, едва не опрокинув попкорн, тянется к моему уху и жарко в него шепчет:

— За это с меня секс.

У меня даже во рту пересыхает от неожиданности, а в штанах соответственно тяжелеет. Повернувшись, я смотрю ей в глаза. Ты где этого нахваталась, а? Еще же сутки назад была девственницей.