Книга Без права выбора, страница 27 – Слава Доронина

— С минуты на минуту здесь будет тренер. Позже получишь свой распорядок дня, – отчеканил он, затем резко повернулся и направился в дом.

Внутри все содрогнулось от непонятного страха. В сравнении с клыкастой зверюгой, которая ни на шаг от меня не отходила все утро, Родионов выглядел хищником куда похлеще. И зачем я только снова открыла рот? Мне ведь было наплевать на проблемы мужчины, тем более на его взаимоотношения с сестрой! Меня это все не касалось.

Почти час я провела с тренером на свежем воздухе и поднялась к себе в комнату мокрая до трусов. Все мышцы гудели от напряжения. И все, о чем я мечтала – это лечь в кровать, чтобы ноги и руки не тряслись от слабости.

С Родионовым, к счастью, мы за весь день больше не пересеклись, хотя его машина стояла во дворе. Не удивлюсь, если он отсыпался после бессонной ночи. На ужин я спустилась вниз и даже смогла немного разговорить Татьяну. Я выяснила у нее, что на Родионова она работает целых пять лет и живет в этом же доме в комнате для прислуги. Поблагодарив ее за вкусную лазанью, я направилась к лестнице, но вдруг услышала в гостиной громкие голоса и детский плач.

У меня прошла судорога по телу. Я замерла, устремляя взгляд на девушку с ребенком на руках.

— Нет! Отойди от него, Марат! Даже пальцем не смей к нему прикасаться. И никто из вас, слышите? Я лишь на время переехала в этот дом. Как только Дима все утрясет, моей ноги здесь не будет! Понятно?

Я не могла отвести глаз от красивого маленького личика. Внутри меня словно взрывались снаряды бомб. Мысли о Грише и непрошеные слезы навернулись на глаза. Ведь мы рожали с сестрой Родионова примерно в одно время, и наши дети были бы сейчас одинакового возраста. Воспоминания о днях, проведенных в роддоме, о том, как накрывала голову подушкой, чтобы не слышать детского плача из соседних палат, вспышкой пронеслись перед глазами. Не знаю, как не сошла с ума от горя в тот момент. Но вполне могла лишиться рассудка сейчас...

— Настя, это указание Дмитрия Сергеевича, – голос Марата был мягким и заискивающим.

Со мной он никогда так не разговаривал, я впервые видела его таким деликатным.

— Мне плевать на его указания! Я здесь, потому что не хочу потерять последнего дорогого для себя человека. Ненавижу вас всех, ясно? – она заметила меня и нахмурилась еще сильнее. – Кто это? – кивнула в мою сторону.

— Гостья вашего брата, – сухо отозвался Марат и окинул меня недовольным взглядом. Но он же сам сказал утром, что я могу выходить из комнаты...

— Гостья? – ее губы скривились в усмешке.

Она просканировала меня такими же темными глазами, которые были и у хозяина этого дома.

— Судя по ее забитому взгляду, она не имеет ни малейшего желания находиться в этом месте. В принципе, как и я, – сказав эти слова, она направилась наверх, прижимая к себе ребенка.

Кажется, жить в этом месте будет еще сложнее, чем я представляла изначально.

Катя

— Ваш ужин и лекарства, – Татьяна переступила порог комнаты и поставила поднос на подоконник.

Я перевела на нее взгляд, а сама подумала о Родионове. Он не приходил ко мне два вечера подряд. И дома, кажется, тоже не появлялся. Не то чтобы мне не хватало его внимания, но это было очень странно.

— Спасибо. Дмитрий Сергеевич дома?

— У себя в кабинете, – ответила женщина и вышла из комнаты.