Книга Сон наяву, страница 137 – Людмила Ладожская

— Дорогая, успокойся! – Мишель улыбнулся и поцеловал разгневанную жену в макушку. – Нашему малышу нужна спокойная мать.

Он осторожно обхватил ее живот со спины и повернул в сторону моря, чувствуя, как жена успокаивается и дыхание становится ровным. Он нежно осыпал ее шею поцелуями, нашептывая слова любви и сделав Дени знак, что бы тот удалился, отнес Софию в спальню.

**********************************

Жизнь де Омалей потекла в однообразном спокойном русле. За неделю София усвоила правила жизни в доме Эш. Она ей напоминала чем-то Хюрем-султан из сериала Великолепный век. Только вместо рыжеволосой яркой султанши, София видела смуглую негритянку с тонкими чертами лица и выразительными темными глазами, в которых читалась ненависть к незванной белокожей леди. Она была не эталоном красоты, но обладала достаточной привлекательностью и умом, что бы покорить Мишеля. И как бы Мишель не старался убедить жену в том, что ей нечего опасаться, присутствие Эш в их жизни ее напрягало. Поэтому София всячески старалась избегать общества матери дочерей Мишеля. Та же в свою очередь, наоборот придумывала кучу причин, чтобы провести время в обществе Софии. Герцогиня любила больше всего вечера, которые проводила наедине с мужем. К вечеру, когда спадала жара, они ужинали на террасе, потом шли на берег залива и гуляли до полного захода солнца, наслаждаясь обществом, друг друга, под завистливым взглядом Эш, которая ревностно наблюдала с крыши особняка за их идиллией.

Однажды, вечером в покои Эш явился стражник-охранник и доложил, что на протяжении нескольких недель вдоль залива подозрительно форсирует лодка без всяких опознавательных знаков. В Алжире их семью знали, как семью добросовестных честных и уважаемых купцов. Поэтому внутренний голос Эш, дал понять, что это связано с пребыванием Мишеля. Она решила не впутывать в это дело брата и герцога, поэтому отдала приказ поймать лазутчиков и тайно доставить к ней. Следующим же вечером стражники окружили лодку, скрутили лазутчиков и привели в покои госпожи. Она разглядывала мужчин, одетых в турецкую одежду, лишь предполагая, чем ее семья вызвала интерес у турков. Движением руки она приказала вытащить кляп изо рта одному из них.

— С какой целью вы уже несколько недель ведете наблюдение за моим домом? – темные выразительные глаза сверлили мужчину, стоящего перед ней на коленях.

Тот молча, покосился на карлика, который всячески старался привлечь к себе внимание.

— Хм, – усмехнулась женщина. – Не ты ли хочешь говорить со мной, маленький человек?

Карлик махнул головой и смешливым зловещим взглядом окатил с ног до головы огромного негра из охраны Эш.

— Омар, развяжи его! – приказала Эш.

Охранник развязал коротенькие ручки карлика и вытащил кляп. Тот смешно прокашлялся, уровнив с головы белый тюрбан. Поднял его с пола и, водрузив на разлохматившиеся редкие волосы, предстал перед Эш в поклоне.

— Говори, бедное дитя природы! – Эш гордо восседала на подушках.

— Что забыли вы в водах моего залива?

— Госпожа, мы простые рыбаки, – начал юлить карлик.

— У вас в лодке не найдено ничего, чтобы говорило, что вы рыбаки! Да, и одежда ваша не совсем соответствует рыбацкой! Омар, отрубите им головы, а тела выбросите в море!

— Госпожа! – карлик рухнул на колени. – Не губите! Я всего лишь несчастный слуга визиря Мерзифонла Кара Мустафы-паши. Он сейчас находится в Алжире по приказу султана Османской империи.