Книга Сон наяву, страница 22 – Людмила Ладожская

— Софи! Перестань, – Орлет гладила ее по голове.

— Как ты? – София подняла лицо и вытерла слезы. – Ты принимала то, что я тебе давала?

— Да, девочка моя, – Орлет с любовью вглядывалась в глаза дочери. – Болезнь отступает, дитя мое. Мне уже лучше. Я скоро поправлюсь. Как тебе в доме графини?

— Все хорошо. Мадам Мирсо меня сегодня хвалила и вот даже отпустила к тебе. А, вот, забыла! – София бросилась к столу. – Вот, толстушка Жаклин догнала меня буквально у ворот. Передала тебе заячье рагу в корке хлеба. Надо поесть, пока не размякло, – она взяла деревянную ложку и принялась кормить мать.

— Вы меня с отцом закормите! Тот принес вчера мяса и хлеба. А сам весь вечер смаковал яблочным сидром из запасов графини.

— Вот и славно! Надо пользоваться случаем!

— Жак вчера ворчал, когда палил в печи дерево с хлева, – улыбалась Орлет. – Но все равно протопил дом. И утром тоже.

— Мама, я сделаю все, чтобы у вас был новый хлев! – сказала София, докормив женщине рагу.

— Я знаю, Софи! – она чмокнула дочь в макушку.

Они еще долго болтали, пока у Орлет не закрылись от усталости и сытости глаза. София осторожно укрыла ее одеялами и поспешила обратно. Она не могла понять, почему ей так приятно ухаживать за совершенно чужой женщиной. Она не понимала, почему ей так приятен по своему Жак. Она жалела этих несчастных по-своему людей. «Пока я с ними, я сделаю все, что бы они как можно меньше страдали от этой нищеты! Ладно, еще немного осмотрюсь и что-нибудь придумаю».

**********************************

Герцог де Омаль тем временем устроил нагоняй Монтескье за неправильное ведение учета и пригрозил выгнать с этой должности, если тот не поправит дела поместья до весны. Потом Мишель по просьбе своей графини уделить внимание местной знати, провел несколько часов в обществе ее гостей, повысив тем самым ее статус до небес. Но герцог себя постоянно ловил на том, что уже давно не видел милое личико Софи. Мужчина откланялся гостям и поднялся в свою комнату немного отдохнуть перед праздником.

— Милорд, вы чем-то удручены? – Дени, не глядя на хозяина, готовил к вечеру его костюм.

— С чего ты взял?

— Мне кажется, что причина вашего настроения миленькая горничная графини!

— Дени!

— Ваша светлость! Я с вами с таких времен, что знаю вас лучше, чем знала вас ваша покойная матушка.

— Есть какие-то мысли, мой верный паж? – герцог лежал на краю кровати, спустив одну ногу на пол, и наблюдал за старательным камердинером.

— Есть! Помните, как мы пошутили над толстухой Жанной, когда ваша жена пыталась увязаться за вами в Версаль? – подмигнул Дени.

— Да, было весело! – рассмеялся герцог. – Что предлагаешь, каналья?

— Я сейчас пойду к Жанне и угощу ее вином, приправленным той самой травкой, что вызывает эти жутчайшие прыщи!

— И?

— Ваша светлость, к вечеру эта вредная Жанна станет похожа петрушку из приезжего театра. Ваша жена без камеристки, как без рук. Вести Жанну в Версаль в этакой экипировке она не рискнет, поэтому встает вопрос о новой горничной. Вы так угодили графине с подарками и своим присутствием, что она вам отдаст дюжину своих девушек, лишь хоть чем-то отблагодарить и заработать вашу благосклонность!

— Дени! Ну, Дени! Возьми за смекалку пять ливров в моей шкатулке!

— Милорд, я рад служить вам!