Книга Сон наяву, страница 86 – Людмила Ладожская

— Это баронесса Софи де Моро, невеста моего родственника, графа де Бовиля. Так что прошу любить и жаловать, моя дорогая Клэр.

Пару секунд Клэр переводила взгляд с Мишеля на Софи.

— Нил! Что стоишь? Помоги гостье раздеться! – скомандовала старушка. – И займи чем-нибудь, пока Мишель помогает мне выбирать вино к столу!

Мишель подмигнул Софии и послушно последовал за хозяйкой домика в винный погреб.

— Мишель, – Клэр серьезно посмотрела на герцога. – Ты объяснишь мне? Или, хотя, что тут объяснять! На ваших лицах все написано.

— Ну, вот видишь, Клэр! Ты все понимаешь! – он взял ее руки, пахнущие тестом, и поцеловал ладошки. – От тебя ничего не скроешь.

— Но как! Невеста графа и твоя жена Мадлен!

— Все будет хорошо, Клэр! Так надо. Я люблю эту девушку и сделаю все, как надо. Я не буду пачкать свою репутацию и репутацию баронессы, почти уже графини де Бовиль. Я приехал к вам, чтобы поделиться радостью, которая не покидает меня с того момента, как я увидел ее.

— Хорошо, если так, мой мальчик! – она поцеловала его в лоб. – Мы с Нилом благословляем тебя на все твои замыслы и действия.

— Я привез сюда эту девушку, потому что доверяю вам, как себе, потому что хочу, что бы вы были с ней рядом, что бы ни случилось со мной.

— О чем ты, мой мальчик? – Клэр отложила бутылку вина и взяла герцога за руки.

— Ни о чем, моя милая Клэр. Просто я хотел, чтобы Софи знала о вас. А, теперь, пойдем наверх. Уже вечереет и нам скоро уезжать, – Мишель прихватил пару бутылок вина и поднялся в гостиную, где Дени и Нил уже накрывали на стол.

Люди, которые с рождения были рядом с ним, оказались очень приятными и душевными. От них веяло добротой, заботой и любовью. Те, несколько часов, которые она провела в их компании, заставили ее мысли вернуться к Жаку и Орлет.

— Почему в глазах моей прекрасной Софи столько грусти и печали? – спросил Мишель, когда они после долгих прощаний уселись в карету.

— Они прекрасные люди, Мишель. Они любят тебя. Когда я была в детском доме, то каждый раз мечтала, что бы меня удочерила какая-нибудь семья. Когда стала взрослеть, наоборот боялась, что попаду в семью каких-нибудь извращенцев и старалась не понравится людям, присматривающих себе детей, хотя взрослых, как правило, редко брали в семьи. Когда я вышла замуж за Бориса, я думала, что вот она моя мечта сбылась! У меня есть семья, у меня появятся дети, но удовлетворения и ощущения семьи не было. Сегодня в компании этих простых незнакомых мне людей, мне показалось, что я ощутила то, о чем мечтала все годы, проведенные в детском доме. А когда я покидала Орлет и Жака, мое сердце рвалось на части. Они мне стали родными буквально за несколько дней.

— Теперь мне понятно твое настроение, – Мишель обнял ее за плечи. – Завтра же отправлю посыльного, узнать, как твои родители.

— Мишель, я не хочу показаться тебе очень наглой, но я бы хотела, чтобы они были ближе ко мне. Что бы можно было бы вот так сесть в карету и через час, два обнять их и узнать, как они.

— Что ты, милая! Мне приятно выполнить любое твое желание, – герцог крепче обнял Софи. – Я обязательно со временем их перевезу ближе к Парижу.

— Спасибо, любовь моя! – София откинула капюшон и нежно поцеловала герцога, дав волю своим чувствам.

Карета остановилась около таверны, где еще днем де Омаль арендовал карету. Дени быстро передал позаимствованную карету хозяйке и тут же, как по заказу подъехала карета, что забирала их от лавки Оливье. Дени помог устроиться влюбленным, дал указание кучеру трогаться и прыгнул на свое место, контролируя нет ли слежки. Карета быстро проехала ночной Париж, усеянный по распоряжению Людовига множеством фонарей и, добралась до Марэ. София взглянула на дом герцога, из окон которого лился свет, и на душе стало тепло. Как бы странно ей не приходилось осознавать, но этот дом, который недавно появился в ее жизни, стал родным. Она улыбалась, представив, как засуетились лакеи, услышав звук подъезжающей кареты, как Мари начала готовить ванну, как девушки-белошвейки живее стали работать иголками, как мадам Сантэ спустилась вниз, готовясь встретить хозяина.