Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 30 – Ши Цзин

Его слова звучали мирно, однако слуги во время обыска не церемонились: переворачивали вверх дном сосуды и склянки, внимательно изучали все книги и записи. У Цзян Сюэнин дернулось веко. Она вспомнила о листе чэнсиньтанской бумаги, по-прежнему лежавшем в шкатулке, и невольно встревожилась.

Вскоре Ван Цюаню доложили, что ничего подозрительного не обнаружено. Барышни облегченно вздохнули, решив, что проверка была лишь формальностью. Но стоило им успокоиться, как один из евнухов, занимавшихся обыском, торопливо прошел по галерее, подал главному управляющему лист бумаги и что-то шепнул на ухо.

— Прекрасно! – воскликнул Ван Цюань, увидев написанное. Обведя взглядом присутствующих, он спросил: – Кто из вас дочь господина Цзяна, помощника главы Палаты финансов?

Все тут же уставились на Цзян Сюэнин. Девушка стояла в стороне и не рассмотрела, что за лист держит евнух.

«Наверное, та самая чэнсиньтанская бумага, которую дал Се Вэй, – подумала она. – Похоже, объяснений не избежать».

— Я, – ответила барышня, выступая вперед.

Ван Цюань смерил ее взглядом и холодно усмехнулся:

— Смелости вам не занимать. Не вздумайте теперь отрекаться от содеянного. Эй, схватите мятежницу!

«Мятежницу?!»

Зрачки Цзян Сюэнин резко сузились. Не успела она осознать случившееся, как с обеих сторон подскочили два евнуха и заломили ей руки.

— Вы клевещете, господин! Я не замышляла дурного! – вскричала барышня, не веря глазам и ушам.

Ван Цюань развернул перед ней лист обычной бумаги сорта «белый олень», на котором были выведены две строки:

По телу Цзян Сюэнин пробежал холод. Фонари в руках евнухов слепили глаза, вокруг мелькали фигуры людей. Девушка обернулась к соученицам, стоящим неподалеку, и ей показалось, что в ослепительном свете их лица расплываются, так что ни одну не узнать.

Она даже предположить не могла, что против нее применят столь грязный и низкий прием, обычный для женской половины дворца. В прошлой жизни, когда Цзян Сюэнин вышла замуж и стала принцессой Линьцзы, в покоях Шэнь Цзе царило спокойствие, там не было ни посторонних женщин, ни интриг. Первое время после восшествия мужа на престол ее положение оставалось прочным. Да и кто бы осмелился причинить вред хозяйке Внутреннего двора? Лишь с появлением Сяо Шу она впервые столкнулась с опасной соперницей. Но борьба за титул императрицы никогда не велась на женской половине. Обе девушки знали, что мелкие пакости не влияют на общую расстановку сил, и не опускались до откровенных подлостей. Их противостояние развернулось во Внешнем дворе и повлекло за собой кровавые и жестокие последствия. Теперь же все, чего Цзян Сюэнин удалось избежать в прошлом, настигло ее в новой жизни. Это напоминало горькую насмешку судьбы. Подумав, она пришла к выводу, что погубить человека можно тысячей разных способов. Беда все равно придет независимо от того, ожидаешь ее или нет.

Перед лицом смертельной опасности девушке удалось сохранить хладнокровие. Она перестала вглядываться в лица соучениц и обратилась к Ван Цюаню, державшему лист бумаги:

— Это не мое.

— Раз найдено в вашей комнате, значит, ваше, – презрительно хмыкнул главный управляющий.