Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 171 – Дана Свифт

Они говорят о пытках. О том, как будут терзать и исцелять Джеймса, пока он не покорится.

— Роберт, что ты такое говоришь? – возражает миссис Мёрфи.

В ее глазах мелькает осознание. Она наконец видит, насколько жестокими стали эти люди, что жадность к золоту разбудила в них звериную жестокость. Интересно, отпустили бы они когда-нибудь Нити? Если бы я отошла в сторону и позволила им усыпить ее, выжила бы она? Этот вопрос терзает меня с тех пор, как я упала. Теперь, отгоняя непрошеные слезы, я понимаю правду. Они не позволили бы ей жить. Как только она стала бы слишком большой проблемой, стремясь вернуться к своим детенышам, они бы ее убили.

— Как вы объясните мое мастерство в золотом ремесле? – спрашиваю я, и мой голос звучит твердо. – Моя сила – это доказательство, опровергающее вашу ложь.

В подтверждение своих слов я вновь превращаю золото в клинок – это единственный рычаг давления, которым я располагаю.

Лицо доктора Бёрка мрачнеет, становится суровым. В его глазах читается истинное, жестокое пренебрежение, когда он произносит:

— Что скажете, господа? Избавляемся от улик, не так ли?

Шок пронзает меня. Неужели он… неужели он только что намекнул, что я всего лишь улика, которую нужно устранить ради его плана? Вот она, вся священность человеческой жизни.

Браконьеры выступают вперед, сжимая в руках обсидиановое оружие.

— Роберт! Они же дети! – Миссис Мёрфи наконец-то выглядит по-настоящему испуганной.

Прежде чем она успевает сказать что-то еще, двое браконьеров оттаскивают ее и удерживают.

— Прикоснетесь к ней, и вам придется убить и меня, – говорит Джеймс, вставая передо мной.

Миссис Мёрфи снова кричит в агонии:

— Роберт, он мой сын! Мой сын!Ты обещал мне, что защитишь его!

— Ты давно стала бесполезной.

Миссис Мёрфи сопротивляется в руках браконьеров, и маленькая игла впивается ей в шею. В следующее мгновение она обмякает, прислонившись к тем самым людям, которых наняла. Джеймс дрожит, рыча рядом со мной.

«Они – чудовища. Мы имеем дело с настоящими чудовищами».

— Вы не уйдете безнаказанно! – кричу я.

Ложная уверенность, конечно, но мои родители наверняка разберутся, я уверена. Я вспоминаю записку, оставленную на кухонном столе с извинениями и объяснением, почему мне пришлось сюда прийти. К тому же если они собираются пырнуть меня тем же вулканическим стеклом, которым ранили меня в руку, а отца – в живот, то провести параллель несложно.

Доктор Бёрк поднимает руки, останавливая своих людей. Все замирают.

— Ты права, Фаррен. У меня есть более удачная идея. – Он обращается к тем, кто стоит ближе всего к стойлам. – Приведите дракона, с которым мы работали прошлой ночью.

Скрежет металла, будто его выворачивают наизнанку, пронзает воздух. Затем на тренировочный двор выходит Бекс, с намордником на голове. Ее рычание сотрясает землю под моими ногами. Я ахаю. Ее чешуя почти полностью содрана.

— Так будет меньше грязи, – говорит доктор Бёрк. – По крайней мере, для нас. Ты пришла сюда, чтобы украсть и ее. Мы не смогли помешать тебе подойти слишком близко. В последнее время она ранила многих тренеров. Это будет просто еще одна трагическая случайность. Бедная медная ремесленница, которая не понимала своих границ. – Он пожимает плечами. – Бекс должны были усыпить сегодня утром, так что можешь сделать эту работу за нас.