Книга Поднебесный дворец, страница 108 – Филиппа Райс

— Барнаби, – прошептала она как можно тише, – я вычислила, кто такой Максобон. Это принц Джуно.

Барнаби уронил кекс на тарелку.

— Точно! Я же был уверен, что слышал это имя. Портные за глаза зовут его Марципаном, а я и забыл, откуда это пошло, – тихо засмеялся он. – Максобон, ха!

Вдруг к ним незаметно подкралась Венда и схватила Ивни в охапку.

— Вот вы где! Все наши снаружи. А ну, помогите мне донести грушевое винишко – обожаю его! – и ромовые бабы.

— Мы выяснили, кто такой Максобон, – шепотом, копируя Ивни, сказал Барнаби Венде. – Это принц Джуно.

— Не может быть. Принц Джуно ведь в турне с остальными, – Венда пришла в замешательство.

— Да нет, – ответил Барнаби. – Он остался и теперь изображает из себя волшебника. Груман шил ему мантию несколько месяцев назад. Весьма нелепую, по мнению большинства портных.

— Ого! То есть он всерьез решил стать волшебником? Зачем ему? Он же принц, может купаться в роскоши и ни о чем не заботиться.

Принц Максобон оказался легок на помине. Ивни заметила, как он промелькнул в толпе за спиной у Барнаби. Внутри у нее все сжалось.

— Он здесь. Только что вошел. Не оглядывайтесь.

Но Барнаби и Венда разом оглянулись, как две совы, едва не выкрутив шеи на сто восемьдесят градусов.

— Я же попросила не оглядываться, – процедила сквозь зубы Ивни.

Максобон пробирался сквозь толпу.

— Ты про этого волшебника? – удивленно произнес Барнаби. – Какой же это Джуно? Ему на вид лет пятьдесят. Вон какая бородища!

— Пятьдесят! – рассмеялась Венда. – Нет, это точно Джуно. Такого ворчуна еще поискать. И брови у него чисто гематигровские.

С трудом проталкиваясь между людей, Максобон корчил недовольные гримасы и потрясал головой. Никто его здесь не знал. Никто в столовой даже не думал подвинуться, чтобы пропустить наглого, высокомерного шмага.

— Это я его сюда пригласила. О чем я только думала? – простонала Ивни. – Знала бы заранее, кто он, не стала бы звать.

— Так он не знает, что ты выведала его тайну? – спросила Венда. – А мы должны ее знать? Кто-нибудь еще знает?

— Мы должны оказывать ему положенные принцу почести или нет? Понятия не имею, как себя вести. – Барнаби панически оглядывался по сторонам. – Не знаю, как быть.

— Просто будь собой, – прошептала Ивни.

Максобон заметил их и приблизился.

— Добрый вечер, – натянуто произнес он.

— Максобон! Здравствуйте. – Ивни неуклюже улыбнулась и помахала ему. – Знакомьтесь, это мои друзья Барнаби и Венда.

— А, Венда, мойщица окон, – сказал Максобон.

Друзья Ивни поприветствовали его предельно неловкими улыбками.

— Добрый вечер, ва… то есть, вы… Вы, должно быть, Максобон? – пролепетал Барнаби.

— Очень приятно, – добавила Венда. – Мы несказанно рады знакомству с вами.

* * *

Группы молодых подмастерьев собрались на лужайке дворцового сада, среди клумб с цветами-переростками, живых изгородей и мраморных скульптур. Они лежали на ковриках, оживленно беседуя и предаваясь обильным возлияниям. Кто-то играл в неизвестные Ивни игры, бросал мячи и деревянные кольца. Где-то звучала лира; гигантские цветы вьюнка служили для музыки в качестве усилителей. Вечер был не по сезону теплым. Вокруг пахло цветами, фруктами и свежей травой.

Венда развлекала Максобона; у нее был врожденный талант болтать на отвлеченные темы, не влезая в личную жизнь собеседника.