Книга Девушка из книжного переулка, страница 65 – Анна Либерти

Изложив свою просьбу, она с радостью услышала утвердительный ответ и, быстро попрощавшись, положила трубку. Присев на один из диванов, она снова позвонила в диспетчерскую и заказала себе такси.

Учитывая, что время ожидания уже увеличилось до двадцати минут, она подумала, что лучшим вариантом сейчас будет вернуться в номер и разобрать пакет с продуктами, брошенный ею где-то по дороге из коридора в кухню.

— Ну, этого стоило ожидать, – вздохнув, проговорила она, когда увидела белую лужу, живописно растекающуюся по полу вокруг пакета. – И почему упаковки для молока такие хлипкие?

Хотя это было предсказуемо, учитывая, какой удар перенесла эта коробка.

«Надеюсь, Никита сможет быстро добраться до квартиры. Он обычно вечером в лаборатории, значит, ему не так долго идти», – вытирая молоко с пола, думала Ника.

Осознание, что ей не придётся разбираться с этой историей в одиночку, придавала уверенности. Однако даже сама мысль о том, что эта ситуация стала возможна, вызывала в ней настоящий прилив гнева. Чем больше она думала о словах соседки, тем более озабоченный вид принимало её лицо, а затем в глазах мелькнули злые огоньки.

— Не знаю, что я сделаю, если всё это устроили они!

Она сидела рядом с ним, глядя на сцену и стараясь не пропустить ни единого слова, слетавшего с губ артистов. Синее платье блестело от маленьких стеклярусов, вшитых в тонкую сетчатую ткань, а лицо было освещено отблесками софитов. На фоне яркой материи резко выступали худые бледные руки, которые неподвижно покоились на воздушных складках юбки. Русые, красиво уложенные волосы были прихвачены заколкой, а тонкую шею обвивала нежная нить из мелкого речного жемчуга, прикрывавшая бледную полоску шрама.

Действие полностью поглотило её, заставив забыть обо всём. Каждая смена настроения героев, как в зеркале, отражалась на её лице. Лишь когда зал взорвался заключительными аплодисментами, по немного растерянному в первые секунды лицу можно было понять, что она вернулась к действительности.

Её глаза блестели живостью, и в них читался детский восторг, пока зрители благодарили артистов. Казалось, будто это не они сейчас стоят в лучах общего ликования, а она наполняется той энергией всеобщей одухотворённости.

— Ты довольна? – наклонившись, тихо спросил Марк.

— Вполне!

Дождавшись, когда зал опустеет, они вышли в фойе. Бо́льшая часть зрителей уже разошлась, так что они смогли свободно добраться до длинной парадной лестницы, ведущей вниз, на первый этаж, где располагался гардероб и выход. Они здесь были частыми гостями, так что сотрудник театра уже стоял неподалёку, как раз дожидаясь их. Бережно подняв девушку на руки, Марк легко спустился с ней по лестнице, в то время как мужчина перенёс коляску.

Набережная Фонтанки была освещена жёлтым тёплым светом, плавно перетекающим с каменных плит на водную поверхность и расплывающимся в неровные полосы, которые тянулись одна за другой, разрезая тёмную ленту реки. Морозный воздух отражал звуки города, создавая какую-то особую мелодию.

Звонок троллейбуса, разговоры прохожих, музыка и смех, доносящиеся из какого-то бара, крик запоздавшей чайки – всё это сливалось в единый голос Петербурга.

— Похоже, наши вылазки в театр радуют только меня, – глядя на лицо Марка, медленно шагавшего рядом, сказала девушка.