Книга Любовь всей моей смерти. Том 2, страница 109 – Дэпаранг

— Сейчас полдевятого, съемки планируем начать с десяти… Для начала переоденьтесь, и пусть вам сделают прическу. Шихён, вы ведь знаете, что сегодня у вас очень важные сцены? Будьте предельно собранны и чуть позже, когда вас будут снимать крупным планом, прошу вас, следите за тем, куда направлен ваш взгляд, – ласково проговорил Хёнмин.

Однако выражение лица Шихён нельзя было назвать приятным. Пусть ее имя еще не много кому известно, но у нее уже было достаточно опыта в работе в шоу-бизнесе. Ей было сильно не по душе, что с ней разговаривают, как с новичком. Разумеется, внешне она этого никогда не показывала. Девушка лишь постоянно кивала, давая понять, что все поняла. Вместе с тем Шихён и сама, как и другие, не испытывала особой симпатии к Хёнмину. Она не могла преодолеть то же самое чувство отчуждения, которое неосознанно возникло в ней и по отношению к Чжихану.

— Я очень постараюсь не портить кадры, так что не волнуйтесь.

— Я не это имел в виду.

Он на мгновение замолчал и направил Шихён в нужный угол. Внезапно оглянувшись по сторонам, Шихён заметила, что кроме нее и Хёнмина рядом никого нет. Гримерка, о которой он говорил, не была отдельно подготовленным помещением внутри телестанции. На съемочной площадке, рядом с монтажной комнатой, находился будто бы временно установленный контейнер. Шихён удивилась тому, как они смогли переместить его сюда, ведь здесь даже не было свободного пространства для этого. Кроме того, еще более странным было то, что в монтажной комнате, где всегда должен был кто-то находиться, независимо от того, работали ли они всю ночь или же только пришли на работу, никого не было.

Испытывая странное чувство беспокойства, Шихён спросила Хёнмина:

— Это только для моего личного пользования?

— Да.

Почему-то с его губ сорвался короткий, резкий ответ. Что-то в этом на момент показалось ей странным, но на это не стоило особо обращать внимание. Поэтому Шихён, не придавая этому особого значения, опустилась на стул, находившийся в углу.

Пока она ждала стилиста, Шихён решила заодно еще раз прогнать свои реплики, поэтому открыла сценарий. Девушка принялась бормотать реплики, намереваясь прорепетировать их вслух. В тот момент, когда она собиралась начать, девушка осознала, что Хёнмин до сих пор не ушел. Она медленно подняла взгляд, который до этого был направлен на распечатки. Она тупо уставилась на мужчину, и ее глаза были полны нового недоумения.

«Он не собирается уходить?»

Шихён не скрывала того, что желает, чтобы Хёнмин покинул комнату. Но он, не обращая внимания на то, что чувствуют другие, по-прежнему не двигался с места. Шихён, не имея другого выбора, обратилась к нему, который даже в ее глазах был похож на каменную статую:

— У вас есть ко мне какой-то разговор?..

Шихён тонко намекнула ему на то, что, если у него нет к ней никаких дел, она просит его уйти. В это же время Шихён внимательно осмотрела одежду Хёнмина, и ее глаза наполнились подозрительным блеском. Возможно, из-за того, что она была немного не в себе, до этого она не замечала, но теперь, когда взглянула на него, он выглядел не так, как обычно.

Коричневый костюм, который идеально сидел на нем, был необычайно красив. Возможно, дело было в том, что он нечасто носил этот цвет, но он привлекал внимание, и, возможно, из-за того, что одежда была идеально ему по размеру, его безупречный силуэт был ничем не хуже, чем у какого-нибудь айдола. Обычно из-за того, что ему приходилось носиться туда-сюда по съемочной площадке, он предпочитал удобную одежду, но этот нынешний образ очень ему шел. Хотя, разумеется, насколько он был красив, настолько он выглядел не очень подходящим для активных действий.