Книга Любовь всей моей смерти. Том 2, страница 20 – Дэпаранг

Возможно, с ней случилось что-то серьезное, прямо как с Чжу Акдоном… Когда тревога Кёнхвана достигла своего предела, его наполнило стремление тотчас убраться отсюда и отправиться на ее поиски. Прочитав в его глазах это волнение, Чжиху встал перед ним, преграждая путь.

— Только не делай глупостей, – спокойно произнес Чжиху, сменив тон. – По правде говоря, вчера я приказал одному из проводников душ проверить Книгу Судеб на Небесах. Имя Вольчжин по-прежнему там написано, как и в Зеркале Кармы. С ее телом по-прежнему все в порядке, с ней не случилось той же беды, что с Чжу Акдоном, так что нет нужды сильно волноваться…

— Может быть, пока что с ней все и в порядке, но в любой момент может случиться что угодно.

Кёнхван прервал Чжиху на полуслове. Выслушав крайне упрямого Кёнхвана, царь лишь коротко выдохнул. Быстрым движением руки, в котором читалась усталость, он протер свои глаза. В душе Чжиху не сильно желал это делать, но все же заставил себя произнести слова, которые могли бы утешить Кёнхвана:

— Если бы ее считали помехой, с ней бы уже давным-давно расправились. Судя по тому, что ее до сих пор оставили в живых, ее и впредь трогать не будут. Кроме того, мы даже не уверены в том, что ее забрали именно «они», так что давай не будем делать поспешных выводов.

Он хладнокровно разложил ситуацию по полочкам. Признав, что в его словах есть смысл, Кёнхван немного успокоился и отступил на шаг от Чжиху, преграждавшего ему путь. Обессилев, он поднял обе руки, признавая, что погорячился.

— Верно, я слишком переволновался. Ох, черт. Прости, мне жаль, – сочувственно произнес Кёнхван, глядя на распухшую щеку Сонхона.

Тому же хотелось точно так же врезать Кёнхвану, который сначала натворил дел, а теперь пытается его пожалеть. Однако желание желанием, но, поскольку прямо перед ним сейчас находился Чжиху, Сонхону оставалось только проглотить нарастающий гнев. Более того, Кёнхван даже понурил голову и протянул руку для рукопожатия в знак извинения. Если бы он отверг этот жест, то только снискал бы репутацию мелочного человека, поэтому неохотно принял извинения.

«Все-таки он очень сильно переживает за эту девушку, хоть и делает вид, что она ему безразлична».

Лицо Сонхона скривилось в гримасе недовольства, полностью обнажая его истинные чувства. Даже несмотря на то, что Кёнхван принес ему свои искренние извинения, складка между бровями Сонхона даже не собиралась разглаживаться. Это заставило его нахмуриться вслед за ним.

— Чего это ты так на меня смотришь? Чем еще ты недоволен? – спросил у него Кёнхван.

«Это же надо, сам провинился, а теперь снова вымещает на мне свою злобу!» – ошеломленно подумал Сонхон, глядя на то, как Кёнхван с раздражением повышает голос. Противный и неискренний даже перед самим собой, он показался Сонхону смешным, поэтому тот решил высказать ему все, что лежало у него на душе:

— Мне просто кажется, что это уже слишком.

— Чего?

Услышав резкий ответ, Сонхон усмехнулся.

— Тебе настолько дорога эта девушка? Обычно ты обращаешься с ней равнодушно и крайне небрежно, но, похоже, когда ситуация обернулась подобным образом, ты вдруг что-то осознал? – Он нарочито пожал плечами.

— Что ты несешь? Да и что вообще евнух может понимать?

— Ах вот как! Если ты стесняешься, то просто так и скажи, но не нужно понапрасну распространять лживые сплетни!