Книга Любовь всей моей смерти. Том 2, страница 44 – Дэпаранг

— Не знаю. Может, когда власть сменится, меня ждет награда за мою добросовестную работу? – пробормотал Кёнхван, глядя на Чжиху.

Но тот, на кого в своей реплике намекал Кёнхван, просто пропустил его слова мимо ушей. Такое крайне пренебрежительное отношение к нему задело Кёнхвана. Но, будучи не в силах тут же сорвать свою злость на человека, который держал нож в своих руках, Кёнхван тут же сменил тему:

— Как ты и просил в прошлый раз, я тщательно отобрал данные из Зеркала Кармы, убедившись в том, что все до единого слова правдивы.

Кёнхван вытащил документы из нагрудного кармана. Прежде чем он успел их передать, Чжиху ухватился за стопку бумаг, практически отнимая их у проводника. Торопливым движением руки он раскрыл их.

Глаза Чжиху двигались, ни на секунду не оставаясь на одном месте. Чем ниже он опускался по тексту, тем сильнее он ускорялся. Взгляд бросался из стороны в сторону, словно корабль, попавший в сильный шторм, и, после того как он пробежался по самой последней странице, наконец успокоился и замер.

Некоторое время хранивший молчание Кёнхван, осознав, что значит поведение Чжиху, нарушил тишину своим резким вздохом.

— Как я и говорил в прошлый раз, этой девке…

Когда он начал говорить, Чжиху тут же метнул на него свой свирепый взгляд. Смысл этого взгляда мигом дошел до Кёнхвана. Намереваясь продолжить свою речь даже под этим острым злобным взором, он слегка откашлялся и быстро исправил подобранное слово:

— Кхм… Как я и говорил, этой девушке суждено умереть в следующем году. Более того, поскольку она сама оборвет свою жизнь, нет никакой возможности спасти ее. Единственное, что можно сделать, это позволить ей комфортно жить в царстве Ямы, а затем отправить на перерождение. Пожалуй, это лучшее, что мы можем сделать.

— Понятно.

Узнав все обстоятельства, Чжиху кивнул, погрузившись в глубокие мучительные мысли. Он сидел, серьезно скрестив руки на груди, но затем вытащил левую руку и сильно потер ею лоб. Все его лицо было покрыто беспокойством, а мысли заняты чем-то далеким. Воспользовавшись недолгим мгновением, когда он потерял бдительность, Воллён настойчиво просунула голову, интересуясь содержимым документов. Но Чжиху, мигом почувствовав ее присутствие, ловко закрыл обложку.

Он выразил свои чувства, бросив в нее недовольный взгляд. Не в силах скрыть свое плохое настроение, он безразлично отвернулся. Ей совершенно не нравилось, как развернулась эта ситуация, и она вопросительно подняла бровь, а в это время не Чжиху, кого это напрямую касалось, а Кёнхван, не зная, что делать, нервно тер ладони друг о друга.

Двое мужчин слегка отошли от Воллён и снова начали разговор. Изредка они обменивались серьезными словами, такими, как «кризис», «захват власти» и «борьба за сферы влияния».

В самый разгар их разговора Воллён вставила свое слово, вспоминая главную героиню мельком подсмотренных ею документов:

— Значит, в этой Рю Шихён что-то есть? Неужели великий До Чжиху перед ней в долгу?

Эта фраза была брошена наполовину шуточно, но при этом и наполовину серьезно. Обрисовав их ситуацию в общих чертах у себя в голове, Воллён нацепила коварную улыбку и пристально посмотрела на него. На мгновение на лице Чжиху, на которого был направлен этот взгляд, промелькнуло замешательство, но затем он твердо, будто ничего не было, ответил: