Книга Белая ворона на факультете Теней 2, страница 37 – Оксана Гринберга

…А потом я стала делать то, что мне неплохо удавалось, – жаловаться.

Занятия к этому времени уже закончились, и я успела получить три «Отлично» по всем сегодняшним предметам.

Вычисление всегда было моей сильной стороной, как-никак я все же дочь ученого. История – сильной стороной меня, но через десять лет, и если мне не хватало собственных знаний, то я без зазрения совести принималась копаться в чужих.

Вернее, в знаниях, которые оставила в моей голове Лирьен Астер из будущего.

Может, у меня не имелось ответов на все каверзные вопросы преподавателя, но на отличную оценку хватило и этого.

На Анатомии тоже все прошло не так плохо, как могло быть. Меня вовсе не тошнило, как нескольких моих однокурсников, когда каждому из нас выдали по трупу огромного мохнатого паука и приказали его препарировать, строго следуя инструкциям магистра Коммора.

Кого стошнит или же кто упадет в обморок – тому неуд по Анатомии, потому что мы – Темные и должны быть готовы ко всему.

— Внутренности ваших врагов не должны запугать или остановить боевого мага, – говорил преподаватель, уверенно разделывая на своем столе еще более монструозного паука, заодно показывая, где и что у того расположено в брюхе.

Иногда магистр Коммор провожал взглядом кого-то из наших с Вендис однокурсников – тех, кто выбегал в коридор «подышать» свежим воздухом. Спрашивал их имена и делал пометки в своем журнале.

— Думайте о приятном, – как перед началом экзекуции, так и во время нее то и дело повторял преподаватель. – Например, о смерти вашего врага. Представьте, что перед вами лежит именно он.

Вендис рядом со мной сосредоточенно кромсала своего монстра. Ее нисколько не тошнило, да и в обморок она падать тоже не собиралась.

Гордон, пусть и зеленоватого оттенка, спокойно копался во внутренностях паука. Через две парты от нас Ранар постоянно косился на меня, и я не сомневалась в том, кого именно он представлял перед своими глазами.

Что вместо паука он с удовольствием вонзает свой скальпель в тело Лири Астер.

Я попыталась было представить перед собой Ранара, но меня замутило так сильно, что скальпель едва не выпал из моих рук.

Судя по всему, со Светлыми такое не работало – потому что мне не помогало даже представлять перед собой Воинов Хаоса или их сопровождающих. Может, потому что первые были людьми, и я это видела своими глазами. А вторые – огромными собаками-мутантами.

Пусть в них было куда больше от мутантов, чем от собак, но рука со скальпелем у меня не поднималась все равно.

Тогда я стала думать… о самом разном.

О том, что доставляло мне радость.

О своих книгах, о пушистой шерсти Банди, о его не слишком умелых кошачьих ласках, когда он пытался потереться о мою руку.

Затем мысленно перекинулась на Шейнара, вспоминая наши разговоры и жаркие перепалки. То, как он меня защищал, то, как подставился под удар в «Алом Тигре», а затем явился в мой дом спасать от нечисти из-за Врат.

После чего Шейнар меня поцеловал.

Оказалось, за этими мыслями я и не заметила, как препарировала огромного паука ровно по инструкции магистра Коммора.

Получив свое «Отлично», я собралась с мыслями, подошла к преподавателю и спросила, решением какой проблемы он занимается вместе с профессором Эндором.

Но магистр торопился, так что толкового разговора у нас не вышло. Следом за нами на Анатомию уже явился второй курс, поэтому преподавателю и двум его помощникам нужно было убрать старые трупы и принести новые. Ну и привести в чувство тех из моих однокурсников, кто прилег у стеночки, оказавшись слишком впечатлительными для Темных.