Книга Наиглавнейшая проблема Академии Драконов, страница 40 – Оксана Гринберга

Добавил, что он — распорядитель Игр Содружества, прибывший на Эльрен по приказу королевской канцелярии, и для участников нашей команды на ближайшие недели он станет отцом родным, а заодно матерью, братом и лучшим другом.

Так что все вопросы, жалобы и предложения насчет Игр мы теперь должны направлять прямиком к нему.

Именно ради него всех студентов Эльрена, хотя в команду отбирали всего восьмерых, собрали в раннюю рань на центральном плацу, после чего мы битый час слушали об огромной чести и великой роли, выпавшей нашей академии, — послужить делу благополучия и будущего процветания всех трех королевств обитаемого мира.

Наконец закончив с процветанием и благополучием, Уорли перешел к гостеприимству, которое, по его словам, мы должны будем оказывать прибывавшим командам из других стран.

— Никакой вражды, запомните это! — вещал распорядитель. — Вбейте это себе в головы, напишите на своих стенах, сделайте татуировки, если у вас имеется склонность к забывчивости. Теперь они — все они, даже кхемерцы, даже проклятые маги из проклятого Туманного Предела — так вот, теперь они ваши лучшие друзья! Можно сказать, что братья!

На это студенты Академии Драконов ответили ему смешками и неверящими возгласами. Но Варлин Уорли был неумолим:

— За любое проявление вражды к участнику из противоположной команды ученик Академии Эльрена будет немедленно исключен, после чего отправлен доучиваться на Сушу. И это в самом лучшем случае! Знайте, теперь это королевское дело, так что пощады и заступничества со стороны руководства академии можете и не ждать!

Руководство академии в лице ректора и двух деканов, стоящее позади Уорли, ответило на подобную сентенцию мрачным молчанием и хмурым видом.

Я прекрасно их понимала — никому не нравилась королевская длань, протянувшаяся аж из самой Нери и теперь грубо вмешивающаяся в правила и привычную жизнь академии. Но как руководству, так и нам пришлось с этим смириться.

Мы знали, что все эти неудобства и новые правила будут действовать исключительно во время Игр Содружества, после чего все станет как прежде.

Хотя, услышав последние слова, мы с Риз переглянулись — неужели Уорли считал, что отправить студентов доучиваться на Сушу такое уж страшное наказание?

Но, судя по стонам, прокатившимся по рядам, так думал не только он, и многие сочли это серьезной угрозой.

Уорли тем временем продолжал:

— Любые драки будут причисляться к преступлениям против закона Нерлинга. К очень серьезным преступлениям, запомните! Увечье, нанесенное участнику противоположной команды вне состязательной арены, станет рассматриваться в суде, и наказание за подобное преступление будет жестоким и неумолимым. Расплата окажется такова, что вы станете жалеть о содеянном всю свою оставшуюся, но очень короткую жизнь.

Произнеся это, Уорли замолчал, давая нам время осознать его слова. Молчали также наш ректор и деканы.

Повисла скорбная тишина — лишь трепыхались на ветру черные мантии прибывших с Уорли магов из столицы, хлопая по их ногам. Эти самые маги собирались обеспечивать безопасность команд на Играх Содружества и во время их пребывания на Эльрене.

По застывшим лицам наших стражей стало ясно: за порядком в академии они станут следить так же старательно, как и за исполнением правил Игр, поэтому не стоило и думать их нарушать.