Книга Главная проблема Академии Драконов, страница 124 – Оксана Гринберга

Открыла школу и даже придумала для них простенькую письменность, адаптировав для этого старо-рунические буквы.

Заодно заручилась поддержкой местного шамана, и тот, пусть и через выпяченную, оттянутую деревянным украшением губу, все же позволил ей лечить раненых и заболевших, а заодно приоткрыл завесу над его собственным магическим даром.

И все это время Эйлин ждала…

Хотя нет, первый год, когда ее выловили из моря — едва дышавшую, с переломанными конечностями, почти обездвиженную, — она мечтала лишь об одном.

Умереть.

Ее дочь Эйвери сорвалась и упала с ужасающей высоты, но ниже того уровня, где ее смог бы спасти гаррешш, — а Эйлин тоже не успела прийти на помочь.

Выжить у Эйвери не было никакой возможности.

Эйлин пытались ее догнать, поймать, но… Она помнила подлый магический удар, жуткую боль в боку и неконтролируемое падение — хотя ее драконица все же очнулась и пыталась планировать.

Но водная гладь приближалась слишком быстро. Затем был удар и темнота.

Эйлин долго приходила в себя. Месяцами лежала в шалаше шамана, отказываясь бороться за свою жизнь. Мечтала умереть, понимая, что потеряла самое дорогое — дочь и дракона.

Но молодость одержала верх, да и шаман неплохо знал свое дело.

К тому же Эйлин внезапно нашла причину жить.

Она должна вернуться и покарать тех, кто это сделал. Отомстить тем, кто погубил Эйвери и разрушил ее счастливую жизнь.

Она даже знала кому. Предатели оказались из Нерлинга, из ближнего круга отца, и от этой мысли Эйлин становилось больно до невозможности.

Только вот выбраться с острова у нее не получалось.

На утлых суденышках по мелководью можно было доплыть если только до рифов, дальше за которыми жили морские чудовища. Эйлин видела останки тех, кто в погоне за тунцом неосторожно попадал в их лапы — иногда их искалеченные, разорванные на части тела выкидывало с прибоем на берег.

Корабли с Суши — как торговые, так и военные — по этой самой причине далеко огибали здешние воды, и за все годы на острове Эйлин ни разу не видела даже туманных их очертаний.

У нее оставалась лишь одна надежда — привлечь внимание пролетающего мимо всадника на драконе.

Но сначала надо было заручиться поддержкой племени, которое не совсем понимало, что им делать с упавшей с неба Большой Белой Женщиной — так ее называли. На это у Эйлин ушло еще несколько лет — доказать свою нужность, отбиться от желающих взять ее в жены, а заодно стать правой рукой шамана.

Но всадники в этих краях за все время так и не показались, и сейчас Эйлин прекрасно понимала, что выбраться отсюда ей поможет только чудо.

— Мисса… Мисса Эйлин!.. — подергав ее за платье, затараторила подбежавшая Инжени, девчушка лет десяти. — Мисса Эйлин… Драконаф нет! — это было едва ли не единственное, что Инжени выучила на языке Нерлинга.

Затем сразу же перешла на свой.

Оказалось, у Тайрис начались роды, и она очень ждет миссу Эйлин. Это их первенец с Уруном, и она доверяет только Большой Белой Женщине.

Ждет ее и Горгул, который отправился охотиться на диких коз — ему хотелось принести нескольких козлят для загона миссы Эйлин, но он сорвался со скалы.

Горгул жив, но сломал себе руку.

И ногу.

И, наверное, много всего другого, так что только мисса Эйлин сможет его исцелить.

— Магия, — с уважением произнесла Инжени на языке Нерлинга. Затем добавила новое слово, которое они проходили в вечернем классе, организованном Эйлин. — Надежда!