Книга Главная проблема Академии Драконов, страница 38 – Оксана Гринберга

Они сидели за столом то ли четвертого, то ли пятого курса факультета Всадников. С пренебрежительным видом поглядывали в нашу с Риз сторону, время от времени начиная смеяться, уверена, по нашему поводу.

Меня не оставляло ощущение, что пакости с их стороны на этом не закончатся.

Поэтому я тоже на них косилась, прикидывая варианты. Давно уже решила, что сразу разбираться с ними не стану, вместо этого выжду подходящий момент.

В столовой он так и не наступил, поэтому, сопровождаемые Кэсси, мы вернулись в общежитие. Заодно и узнали, что не только завтрашнее, но и каждое утро на факультете всадников начиналось с физической подготовки.

В семь утра нас разбудит магический будильник, после чего нам следует как можно быстрее одеться и отправиться на стадион.

Завтрак будет уже после тренировки.

Затем сразу же начинались занятия, так что не помешает заранее собрать сумки для учебы — на то, чтобы принять душ, переодеться и поесть, останется не так много времени.

Попрощавшись с Кэсси, мы закрыли дверь в свою комнату на засов и принялись готовиться ко сну. Неплохо было почитать что-то из книг, выданных в библиотеке, но я чувствовала себя настолько опустошенной, что решила отложить это на следующий день.

Риз тоже не испытывала тяги к чтению, поэтому я попросила ее нарисовать на бумаге татуировки с моей спины, затем долго смотрела на цветок, похожий на ромашку с несколькими рядами лепестков.

«Ромашка» ни о чем мне не говорила.

Вообще ни о чем.

Даже сеанс восстановления памяти с деканом Вебера не помог.

Наконец, магические огни в комнате стали тускнеть сами по себе, и вскоре помещение погрузилось в темноту. Впрочем, я все-таки отыскала, а затем активировала небольшой светлячок возле моей кровати, словно сталкивалась с таким ранее.

Но на Чаверти я не сталкивалась, а прошлое привычно ответило мне могильной тишиной.

Риз почти сразу сонно засопела, тогда как я еще долго размышляла о том, насколько сильно изменилась моя жизнь с прошлого вечера, когда, откинувшись в сено в амбаре, я разглядывала магическую метку на своем запястье.

С этими мыслями я тоже заснула, а огонек над моей кроватью, кажется, погас сам по себе.

И мне приснилась мама — первый раз за всю мою сознательную жизнь. Она оказалась удивительно красивой — золотоволосая и синеглазая, только усталая и очень встревоженная.

«Эйвери, детка! Боги, ты жива! — воскликнула она. — А ведь я уже потеряла всякую надежду!..»

Я глядела на нее, краем сознания понимая, что это всего лишь сон, в который мне не стоило верить. Потому что это никакая не реальность.

Но мне так хотелось подойти к ней, обнять и прижаться к ее груди. Сказать, что я всегда знала, что где-то она существует. Живет и ищет меня, и я — вовсе не брошенное дитя порока, какой меня называли в общине Таккеров.

Но я так и не подошла, потому что счастливый мир сновидений внезапно стал разрушаться. Развалился на части и исчез без следа.

Мама тоже пропала, а меня вырвало из сна самым безжалостным образом. Подкинуло на кровати; и тотчас же зажглись все лампы в комнате, а потом раздался леденящий душу вой, словно вокруг общежития затянули свою песнь несколько дюжин окруживших нас волков.

— Что это такое⁈ — Риз тоже подскочила, уставилась на меня перепуганными глазами.