Книга Дебютантка, или Брачный сезон, страница 69 – Оксана Гринберга

— Принимайте по одной чайной ложке на ночь, – с этими словами доктор Грэхем выдал мне коричневую склянку, – и спокойный сон вам гарантирован.

После этого пообещал, что заглянет к нам завтра днем.

Ушел, а я проведала засыпавшего деда, после чего уговорила Молли выпить успокоительное. Самой же мне не мешало принять ванну – смыть с себя ненависть монстров из чужого мира.

Наконец, улеглась в кровать.

Молли уже спала, но обещанного спокойного сна не было и в помине. Она металась по кровати, то и дело вскрикивая и что-то бормоча.

Вздохнув, я подошла к ее постели, уселась рядом и погладила Молли по плечу. Но она не проснулась – похоже, настойка доктора Ричардсона крепко держала ее в объятиях сна.

В них Молли спорила с какой-то дамой.

Дама с вуалью, так она ее называла. И еще своим куратором, хотя мне казалось, что Молли и слова-то такого знать не должна!..

Приют в Лисборне, где она провела больше пяти лет, был не самым приятным местом. По ее словам, Молли постоянно прогуливала уроки, и мне даже пришлось подтягивать ее навыки чтения и письма.

Так вот, в своем беспокойном сне Молли уговаривала эту даму, доказывая, что мне нужно немедленно вернуться в Истерброк. Для меня здесь слишком опасно!

Иначе они меня найдут и убьют! Вот, уже нашли и почти убили!..

— Молли, – я сильнее потрясла ее за плечо, – проснись, пожалуйста! Тебе снится плохой сон.

Она открыла глаза и заморгала.

— Мисс Кэрри, что случилось?!

— Все хорошо, – отозвалась я, хотя серьезно в этом сомневалась. – Молли, кто такая дама с вуалью? Та, которая твой куратор? И каким образом это связано со мной?

— Это всего лишь сон, мисс Кэрри! – пробормотала она, отводя глаза. – Дурной сон, и я знать не знаю никаких дам с вуалью!

Я немного на нее посмотрела – меня не оставляло ощущение, что Молли мне соврала, причем без видимых на то причин и довольно неумело.

Но делать было нечего – она не собиралась признаваться, поэтому, пожав плечами, я вернулась в свою кровать.

Дом Сегеринов, Питер и Жозефина

— Питер, рада тебя видеть, сынок! – с энтузиазмом произнесла Жозефина.

С излишним энтузиазмом, мысленно поморщился Питер, потому что голос матери вызвал у него очередной виток головной боли.

До этого, лежа в кровати, Питер сумел заговорить «зубы» этой самой боли, и она практически его оставила.

Пришлось «договариваться», потому что все целительские заклинания, которые он изучал в академии, Питер успел позабыть, а посылать за доктором по случаю банального похмелья он считал слабостью и ненужным расточительством.

Поморщившись на излишке яркий свет, он вышел на веранду. Стояло чудесное утро… Хотя нет, уже близился полдень, но запах цветов из сада, солнечные лучи и щебет птиц нисколько его не обрадовали.

Наоборот, всячески ему намекали, что два последних бокала виски у Виззманов были явно лишними. А еще нашептывали о том, что не следовало отправляться в клуб вместе с де Бражье, пребывавшим в самом мрачном расположении духа.

Эта поездка, выпивку в которой всем оплатил виконт, тоже не пошла на пользу его голове. Но Питер мечтал поскорее забыть о позорном провале у Виззманов, поэтому… Ну что же, забылся он на славу, вернувшись домой только после рассвета!

И все потому, что принцесса Джорджи в жизни оказалась куда более очаровательной, чем Питер рисовал себе даже в самых смелых мечтах.