Книга Святоша, страница 229 – Оксана Гринберга

Ответов у меня не было. Молитвы и медитации не помогали, даром предвидения дядя Никлас меня не наделил. Аришша намекала, что подобный был у нее, и она даже вступила в Орден Равновесия, но… «Лучше не знать будущего, – сказала драконица. – Кто знает, вдруг ты увидишь то, с чем не сможешь жить?»

Я была с ней согласна, поэтому решила подождать, когда время расставит все по своим местам. Пока же сидела в повозке, лениво перебирая черные волнистые локоны задремавшей у меня на коленях Сайари. Смотрела сквозь откинутое полотнище, как приближаются белоснежные стены огромного города. Мы подъезжали к Гридару. Дорога становилась шире, затем и вовсе сменилась на вымощенную огромными обтесанными камнями. Все чаще попадались отряды всадников, да и пеших было хоть отбавляй. Возле города началось интенсивное движение. Груженые телеги везли продукты и ремесленные товары, спешили на столичный рынок, чтобы оттуда возвращаться порожняком. Встречались и караваны. Караванщики притормаживали, обменивались с нашими сплетнями и новостями.

Я же, словно завороженная, смотрела на огромные стены города, увенчанные каменными зубцами; считала сторожевые башни. Много, очень много! Намного больше, чем в Хольберге, который оказался не по зубам одержимой жаждой войны юной королеве Мазгул. Но город славился не только укреплениями. Раскинувшийся на семи холмах, опоясанный синей извилистой лентой широкой реки, Гридар считался самым красивым из городов Кемира. Даже отсюда можно было видеть за двумя линиями крепостных стен пронзающие небо белые шпили храмов, величественное здание Ратуши с развевающимся на ней флагом Тирингов и огромное, мощное здание королевской резиденции, стоявшей на самом большом холме.

Не зря Гридар называли жемчужиной моей страны!

Задумалась. Помню, Этар однажды назвал меня «Сокровищем Кемира», так и не объяснив, что это значит. К слову ли пришлось, либо в этом заключен особый смысл? Словно почувствовав, что мысли мои о нем, ар-лорд, восседающий на огромном пегом жеребце, приблизился к повозке.

— Красиво, – сказала ему с улыбкой, кивнув на город.

— Самое красивое в этом мире – это ты, – ответил он просто.

Мое сердце сжалось, Сайари заворочалась во сне, а Трисс, вышивающая свадебный пояс своему жениху, умиленно вздохнула.

— Все изменится в Гридаре, – произнес Этар Хаас, затем пришпорил жеребца и ускакал в начало каравана.

Мы уже приближались к двум круглым сторожевым башням, охранявшим перекидной мост на въезде в столицу.

И грянул бал.

Засверкал яркими бликами по хрустальным люстрам Парадного Зала, разлетелся кокетливым женским смехом по длинным переходам и лестницам королевской резиденции – огромного мраморного дворца, в который мы удостоились приглашения как участники Битвы Академий. Отозвался торжественной музыкой оркестра, зацепил перехлестьем оценивающих взглядов, ударил в глаза яркими цветами платьев придворных дам и темными одеждами их кавалеров. Проник в ноздри сладким запахом столичных духов и непривычными ароматами деликатесов, стол с которыми находился в соседнем зале. Правда, кормить нас в резиденции Освара Тиринга не собирались. Адепты и маги Академии Хольберга не оказались в числе приглашенных на королевский ужин. Но, может, и к лучшему, к лучшему…