Книга Жестокий Отбор, страница 121 – Оксана Гринберга

— А мы вернемся? — срывающимся голосом спросила Аннеке, сидевшая напротив нас.

Девушка нервно теребила черную прядь, и лицо ее было в крови.

— Обязательно! — заверил Советник. — Я уверен, что к нам уже спешат спасатели. Не пройдет и пары циклиний, как мы снова будем в безопасности.

Тут появилась Марша, тяжело плюхнулась в кресло. Уставилась на меня с застывшим лицом. Глядя на нее, сладостные мысли о возвращении на Эйхос враз меня покинули, разлетелись, будто испуганные птицы.

— Что еще?! — спросила у нее шепотом.

— Похоже, у террористов образовалась группа поддержки, — отозвалась она. — Там… Там идет бой, Советник Иннгор! — он не представлялся, но, видимо, Марша его узнала. — Так что, мы улепетываем со всех ног. Вернее, на всей мощности наших двигателей.

— Бой? — переспросил он.

— Спасательные челноки не рассчитаны на то, чтобы составить конкуренцию истребителям, — усмехнулась подруга. — Нам остается лишь молиться, что их остановят корабли сопровождения, и что нас не расстреляют на подлете к планете. Кстати, к каким Богам вы обращаетесь в таких случаях, Советник?

Он так и не ответил, но, похоже, подавляющее большинство молилось правильным высшим силам и делало это настолько убедительно, что космический бой обошел нас стороной. Затем продолжили молиться еще во время жесткой посадки. Обломки взорвавшегося лайнера повредили двигатели орбитального маневрирования, так что мы скорее упали, чем сели.

Все закончилось.

Челнок завалился на бок в чаще девственного леса неисследованной планеты РА-321, подмяв под себя длинные, тонкие стволы деревьев. Мужчинам пришлось высаживать двери, чтобы мы смогли выбраться в прохладный, наполненный запахами влажного леса воздух спутника Красной Планеты. Впрочем, Марша оказалась права — сила тяжести здесь была почти в два раза больше земной, так что измученные участницы предпочли дожидаться помощи в недрах пассажирского салона.

У многих попросту закончились силы.

Нескольким девушкам требовалась медицинская помощь, поэтому я выползла из кресла, нацепила на лицо счастливую улыбку, заверив — вот же привязался! — Иннгора, что у меня все-все замечательно. Мы отправились в обход вместе с молоденькой стюардессой, едва держащейся на ногах, и Маршей, вооруженной продвинутой Имперской аптечкой. Осматривали ушибы, порезы, вывихи и даже обнаружили пару переломов. В ход пошли обезболивающие уколы, чудо-мази и не менее чудесные повязки.

Впрочем, скоро и мы выбились из сил. Лизза, стюардесса, упав в кресло, заявила, что она немного полежит, после чего выдаст всем еду. Марша тоже едва держалась на ногах, а я… Я побрела к прорубленному выходу из челнока.

Вечерело. Местные цикады затянули оглушительную песню — то ли радуясь нашему прибытию, то ли печалясь о судьбе леса, где вовсю уже хозяйничали люди. Разложили костры, ставили импровизированные укрепления из поваленных деревьев. Обустраивались, словно мы собирались держать оборону или же остаться здесь на зимовку.

— Тебе надо что-то поесть, — заявила подошедшая Марша. Оперлась спиной на искореженную дверь. — Лизза уже выдает порции…

— Позже, — сказала подруге.

Я смотрела на внушительный диск Красной Планеты, обитатели которой оказались к нам не особо гостеприимны. Мне казалось, они тоже смотрели на нас. Наблюдали — отстраненно, равнодушно, не интересуясь ни судьбой людей, ни судьбой Первой Крови, ожидая лишь, когда мы выполним условия договора и уберемся из их Сектора.