Онлайн книга «Жестокий Отбор»
|
— Только не говорите ничего о… ваших потребностях! — взвыла я. — Не желаю ничего об этом слышать! Черт, еще одно слово, и… Я этого попросту не выдержу! — Я говорю о потребности в семье, моя дорогая Эйви, — усмехнулся Советник. — О том, что мечтает каждый мужчина — чудесной жене, очаровательной взрослой дочери, и… Дэнни — замечательный мальчик, которому, впрочем, не помешает твердая мужская рука. В заботах об Империи я упустил нужный момент, но теперь не собираюсь повторять своей ошибки. — Советник, я вижу вас насквозь! И если вы думаете, что таким… замысловатым образом подберетесь ко мне, а я помогу вам как-то повлиять на Рингара… — Эйвери Мэй, на этот раз твое зрение тебя подводит. В данный момент я эгоистично думаю о себе, а не о нуждах Империи. А теперь… Кажется, пришла пора мне вмешаться! В чем-то он был прав — Дэнни не помешала бы твердая мужская рука. Иногда от вел себя как избалованный маленький мальчик. Советник спешил на помощь к маме, которую брат, свершено ошалевший от счастья, не хотел слушаться. Я же, вздохнув, отправилась к Рингару, раздумывая о сложившихся перспективах, но… В переполненном зале его не оказалось. Огляделась. Дэнни, послушав Советника, взял комбинезон и отправился на улицу. Видимо, показывать своим друзьям новую чудо-игрушку. Все остальные были на местах, кроме Тимира — разговаривали, ели, смеялись. Командор Харас подловил Иннгора и принялся расспрашивать его о новой политике Империи. На лице Советника появилось выражение досады — он явно собирался вернуться к прерванной беседе с моей мамой. Мэр Нового Рима развлекал Адели, Зейна разговаривала с Маршей, а вокруг них настойчивыми пчелами вились молодые люди. Жены мэров, раскрыв рты, внимали вальяжному Тиру, вещавшему о последних изысках имперской моды. Но где же Рингар? Сердце тревожно забилось. Неужели ушел вместе с Тимиром? Им… Они вовсе не должны встречаться! Никогда! Я боялась представить, что из этого может выйти. Тревожные предчувствия, о которых почти забыла за последнюю неделю, вновь заскреблись, забегали, словно кошки, ищущие выход наружу из подвалов подсознания. Тут в зал ворвался Дэнни — шапка набекрень, комбинезон застегнут вкривь-вкось. — Там… — закричал он. — Они — там! Раскрыл рот, задыхаясь от волнения, не в состоянии вымолвить и слова. — Отдышись, Дэнни! — произнес Иннгор, опередив проконсула. — Затем расскажи спокойно, что произошло. — Они дерутся, — наконец, заявил брат, обведя взглядом замерших участников банкета. — На улице, за Ратушей. Тимир и… — уставился на меня, кажется, подзабыл имя Рингара. — Атор Барр следит, чтобы по правилам… Это все из-за моей Эйви! — добавил с гордостью. Черт! Я ринулась к лестнице, а за мной бросилась Марша. Тир тоже подскочил, но Адели оказалась быстрее — бежала наперерез, подхватив наши с Маршей куртки — к вечеру мороз разыгрался не на шутку. На улице — ветер в лицо, снежинки в приоткрытый от быстрого бега рот и мое испуганное дыхание. Где же… Где они? Скорее всего, за углом серого блочного здания Ратуши, где вечерний ветер качает фонарь, и откуда несутся подбадривающие крики. Местные болели за Тимира, тогда как я… Туда! Марша не отставала. Вдвоем мы врезались в спины зевак, принялись их расталкивать, орудуя локтями. Кому-то я даже заехала кулаком, потому что уж больно непонятливые — вместо того, чтобы сразу же расступиться, стояли на моем пути. |