Книга Жестокий Отбор, страница 82 – Оксана Гринберга

Впрочем, одних нас оставлять никто не собирался.

— Мой Адор, — заныл медик у меня над ухом, прижатым к мужской груди, — умоляю вас, недолго! Семь циклид, не больше… Я сделал запись в электронном журнале о том, Эйвери Мэй сейчас на эхо-раме, — термин, внушающий мне внутренний трепет. — В клинике — аврал, привезли еще нескольких, подозреваемых в контакте…. Никто проверять не будет, но если Эйвери Мэй не покинет закрытую зону в положенное время, ее начнут искать, — он вздохнул. — У нас ведь карантин, а я рискую…

Мужчина кивнул и пообещал, что вернет меня ровно через семь циклид.

Пятнадцать минут — много это или мало?..

Сатор помог мне устроиться на пассажирском сидении, и мы взлетели.

— Недалеко, — пояснил он, разрушая повисшую тишину. — Клиника на границе Сайхири, вокруг — сплошные посты. Не хочется терять время на объяснения с патрулями.

Я закивала — ясное дело, не хочется!

Мелькнула ровная подсветка полей, над ними — светящиеся пятна сельскохозяйственных дронов. Где-то вдалеке мигали силовые линии сферического купола, накрывшего многомиллионный город и его окрестности. Туда мы не полетели, свернули на одну из пустынных стоянок возле Воздушных Линий, ведущих в столицу. Как и Сатор, я поглядывала на часы, мигающие на синем дисплее флайера. Если Наследник собирался выполнить обещание, времени оставалось в обрез.

Остановились. Заглушив двигатели — в повисшей тишине я слышала свое нервное и его размеренное дыхание — потянулся ко мне, вылавливая, доставая, перетаскивая с моего кресла себе на колени. Наверное, мне стоило протестовать, но… Не стала, потерявшись в плену чужих рук.

Как же все это странно!

Почувствовала, как его ладонь скользнула мне на затылок, а губы потянулись к моим.

— Эйви…

Лишь успел прикоснуться, как я отстранилась, выдохнув он неожиданности. Растерялась, затем почему-то залепила ему пощечину. Не понимала, почему он вот так… Сразу и без спросу!

— Согласен, — произнес он. — Заслужил.

И снова потянулся ко мне, не испугавшись второй пощечины. Но я уже и сама… Сама жаждала его поцелуя.

Сатор вновь коснулся моих губ, и мой мир изменился окончательно. Впрочем, он менялся и до этого, пусть не так заметно, но набирая силу с каждой нашей встречей. А теперь… Стоило лишь ответить на его поцелуй, как мир сошел с ума, слетел с катушек, устремился навстречу к этому мужчине.

Я уже больше ни о чем не думала.

Не сразу, но отпустил, отстранил. Выдохнул изумленно, видимо, не ожидая от меня столь… бурного ответа. Но тут же прижал к себе, стиснул, и я обнаружила, насколько же хорошо сидеть него на коленях, уткнувшись носом в шею, вдыхая все еще незнакомый, но уже родной запах, слушая, как бешено бьются сердца. Мое и его.

— Эйви…

— Да.

— Испугалась? — спросил он, целуя меня куда-то за ухо. Затем в волосы, в висок. Отстранил, уставился в лицо, чтобы затем поцеловать в лоб, глаза, щеки, словно он уже не мог остановиться. — Тогда, на площади?! Ты была к нему так близко… Я видел ту запись.

Голос изменился.

— Нет, — ответила ему. — Нет, не испугалась! Даже и не думала об этом.

— Зато я испугался, — признался мне, — за тебя. Хотел удушить его собственными руками, но эта тварь умерла раньше.

Вновь потянулся к моим губам. И видят боги, к которым все еще не научилась молиться, я ответила на его поцелуй так, что исчезли мысли, осталось лишь оглушительное желание.