Книга Заоблачная Академия, или Единственная для дракона, страница 16 – Оксана Гринберга

— Так-так! – произнес этот самый декан, окинув взглядом нашу честную компанию.

Уставился на Хейди, на что та зарделась и еще сильнее запахнулась в плащ, из-под которого выглядывал край шелкового наряда.

Но босые ноги спрятать ей не удалось.

— Неожиданно! – произнес декан.

Затем взглянул на Брун:

— Одна из Торве, рад приветствовать! – был его вердикт, на что девушка кивнула.

Затем настал мой черед.

Правда, комментарии отвешивать Матиас Хардегарт не спешил – смотрел озадаченно, словно никак не мог меня классифицировать. Вот и я тоже украдкой глазела на его красивое, мужественное лицо.

Декан оказался молод, высок и тренирован; одет во все черное, не скрывающее его крепкую, физически развитую фигуру. У него был уверенный подбородок, твердо очерченные губы и мечтательные синие глаза, слишком ярко выделявшиеся на загорелом лице.

Внезапно я подумала, что вот так пялиться совсем уж неприлично, поэтому отвела глаза. Впрочем, Матиас Хардегарт тоже едва слышно хмыкнул, похоже, так и не найдя объяснения моему внешнему виду, после чего повернул голову в другую сторону.

Поприветствовал нескольких парней – судя по именам и титулам, они принадлежали к известным родам, – затем заявил «нашим», что все объяснит каждому при личной беседе.

Еще раз посмотрел на меня – наверное, сделав очередную попытку меня классифицировать, потому что в потертых джинсах, ветровке и с видавшей виды сумкой и рюкзаком я выбивалась из местной действительности даже сильнее, чем босая, в шелках и пайетках Хейди.

— Девушек пропустим вперед, – произнес Матиас Хардегарт, взглянув на парней. – Надеюсь, возражений с вашей стороны не последует.

Те, если и думали возражать, приуныли.

— Вы первая, мисс! – кивнул мне декан, и я…

Я посмотрела на улыбнувшуюся мне Брун, затем на Хейди, с подозрением косившуюся на двух рыжеволосых братьев, о чем-то перешептывавшихся в сторонке. После этого кинула взгляд через окно на залитую солнцем изумрудную лужайку, увидев, как низко-низко, словно забавлялись, пронеслись над землей один Чернобок и два Краснорога.

На их спинах сидели Всадники в темной одежде и шлемах.

Признаюсь, я понятия не имела, как именно им удавалось удерживаться в седле. К тому же я не представляла, что можно почувствовать, оказавшись на спине у летающего ящера, которого сперва нужно призвать, а потом еще и приручить.

Но проклятая метка, к этому времени переставшая чесаться – быть может, потому что она разродилась не только драконом в кокетливых завитушках, но еще и криво стоявшей сторожевой башней с перекрещенными перед ней мечами…

Так вот, если я поняла правильно, эта самая метка свидетельствовала о том, что у меня был особенный Дар. Нет, не к математике и иностранным языкам, как утверждали мои учителя; со слов Гордона выходило, что я могла призвать и приручить собственного дракона.

Быть может, мне стоило попробовать?

Остаться здесь, в Мире Летающих Островов, доказав всем, что я не из врагов, хотя и родилась на Суше. Обзавестись своим драконом и найти место в новом мире, потому что в старом у меня не осталось никого, к кому мне бы хотелось вернуться.

Но тут же себя оборвала.

Глупости все это, сказала себе.

Пусть мне здесь нравится, но в Заоблачную Академию я все равно не поступлю, и дело тут не в драконах. Дело в том, что для поступления в Облако, даже на факультет Всадников, нужно было обладать хотя бы зачатками магического дара. Об этом говорили в очереди, а глухотой я не страдала, хотя разыгрывала ее перед братьями Вьерсонами.