Книга Фрейлина ее высочества, страница 35 – Оксана Гринберга

Сперва мы шли, а потом побежали, потому что распахнулась дверь, и в храм вошел Эван Хардинг собственной живой и невредимой персоной. Аурика совсем не по-мальчишески взвизгнула и вприпрыжку кинулась к нему.

Воскликнула:

— Папа! – после чего повисла на суровом и порядком удивленном лорде Хардниге.

Надо сказать, играла она отменно – настолько, что даже я ей поверила.

Вот и я, вдохновившись ее примером, тоже решила изобразить обрадованную Райли Янсен, супругу Эвана Янсена, поэтому со всех ног кинулась к фальшивому мужу.

Исключительно ради спектакля, сказала самой себе.

— Эван! – добежав до него, выдохнула я, и уже в следующую секунду он притянул меня к себе.

Я уткнулась носом в крепкое мужское плечо, чувствуя, как Эван зарылся лицом в мои волосы на макушке.

Вот и я блаженно закрыла глаза, подумав: что может быть лучше, чем стоять, прижавшись к нашему защитнику, понимая, что он выжил и пришел, чтобы продолжать нас спасать дальше?!

Нет, не так! Я чувствовала себя бесконечно счастливой от того, что с Эваном все в полном порядке и мы снова вместе.

Нужный нам дом оказался высоким по меркам этого мира, аж в целых три этажа. Выглядел он массивным, хотя и довольно уродливым, несмотря на то, что весь первый этаж увивал плющ, протягивая зеленые лапы и усы на второй.

Но вряд ли кто-либо назвал бы жилище лорда Интара Ранье вершиной градостроительного искусства Берганота. Скорее, это была крепкая ее середина.

Каменный, с потрескавшейся и местами обвалившейся штукатуркой и маленькими окнами-бойницами, дом семьи Ранье стоял на краю зажиточного квартала. За ним почти сразу же начинались деревянные лачуги бедняков. Многие из них представляли из себя жалкое зрелище, а коммунальные службы Берганота – если, конечно, здесь такие водились, – явно отчаялись что-либо сделать с подступавшей со всех сторон грязью.

К тому же часть домов в бедном квартале оказалась заброшенной, а от некоторых и вовсе остались лишь заросшие травой развалины, среди которых копошились куры и паслись козы.

А еще свиньи… Здесь повсюду были свиньи – словно мы попали на ферму или же в семейный зоопарк!

Именно поэтому я сделала вывод, что Ранье – из обедневших, хотя все еще державшихся на плаву дворян, но при этом они не оставляли надежды выбиться в люди.

Вполне возможно, с помощью последней из Ллиндов – Аурики Арагосской. Помоги они посадить маленькую принцессу на трон, о них уже не забудут.

По крайней мере, такие мысли крутились у меня в голове, когда мы подъехали к дому лорда Ранье. По дороге Эван клятвенно меня заверил, что он давно с ним знаком, и это честнейший и чистейшей души человек, который не оставит нас без помощи.

— Но если что-то пойдет не так, – добавил лорд Хардинг, взявшись левой рукой за бронзовую и порядком потертую ручку дверного молотка, – то существуют и другие варианты. – И правая его ладонь опустилась на рукоятку меча.

На счастье, другие варианты не понадобились, потому что в дом нас все-таки пустили, и хозяева на первый взгляд приняли вполне приветливо. Эван тотчас же отправился за лордом Ранье – высоким седеющим мужчиной с волевым лицом – беседовать в его кабинет, а мы с Аурикой остались на попечение тучной и низенькой Матильды Ранье.

А еще под оценивающим взглядом ее старшего сына (на вид тому было лет двадцать, не больше). Он тоже явился с нами поздороваться, после чего покивал на слова отца о том, что наше прибытие нужно держать в строжайшей тайне.