Книга Тринадцатый принц Шеллар, страница 91 – Оксана Гринберга

— Уверяю вас, ничего подобного не повторится! Вот увидите, на этот раз все пройдет как по маслу. До вашего прошлого прилета у нас не было ни одного случая агрессивного поведения. Да и после вашего отлета тоже! Так что беспокоиться вам не стоит.

— Очень на это надеюсь, - сказала ему, после чего принялась смотреть через иллюминатор на огромную красновато-желтую планету.

Я все не могла взять в толк, почему последнее испытание, придуманное моим отцом, называется «Местом». Итак, мы на месте. И что дальше?

— Иногда я жалею, что они не могут существовать в нашей атмосфере, - тем временем продолжал Тревор. - Вы будете смеяться, - покосился на нас, но смеяться мы не стали, - но с некоторыми из них я даже подружился. Мне кажется несправедливым, что они никогда не смогут увидеть наши планеты. Не узнают, как мы живем, не побывают на Элите. Поэтому, когда я высаживаюсь на Скарвисе, я всегда беру с собой голограммы и рассказываю им о наших мирах.

— А что говорят на это астробиологи? - спросил Барт. - Есть какие-то подвижки?

— Много чего, - пожал Тревор плечами, - и все не по делу. К тому же, - усмехнулся он, - некоторые из них время от времени сходят здесь с ума.

На это я пожала плечами - куда больше сумасшедших астробиологов меня интересовало, как я смогу найти Наставника. Потому что ни его имя, ни место четвертого испытания ни на шаг не приблизили меня к разгадке.

Зато сказанное Тревором привлекло внимание Барта Макридена.

— Сходят с ума? - переспросил он, затем повернулся ко мне. - Шелл, съешь еще кусочек! Отличный же пирог!

— Ты меня раскормишь, и я буду толстой, - заявила ему. - Тебе это надо?

— Надо, - отозвался он с улыбкой. Затем посерьезнел: - Я буду любить тебя всегда, какой бы ты ни была. - И положил на мою тарелку кусочек вожделенного пирога. Сам же повернулся к Тревору. - Как выражалось это сумасшествие?

Тот тряхнул седеющей головой.

— Случай-то был единичным! Одна из первых исследовательских групп, все молоденькие, только с университетской скамьи. Пробыли здесь чуть больше недели, несколько раз спускались на поверхность. В самый последний раз один из парней вернулся другим. Закрылся в своей каюте и пролежал там больше суток. Никого к себе не пускал. Но мы все-таки вошли. - Тревор вздохнул. - Он ни на что не реагировал. Так и лежал, смотрел в потолок. Его поместили в лазарет, но ему не становилось лучше. При этом все жизненные показатели были в норме. Затем он стал приходить в себя. Правда, все время молчал, и взгляд у него был крайне... гм... странным. Но он все-таки улетел вместе с остальными, куда ж ему деваться?! После этого я пару раз интересовался, что с ним стало.

— И что с ним стало?

— Те, кто его знал, сказали, что он полностью изменился. Бросил науку, оставил семью. Улетел со Старой Земли, и с тех пор его уже никто не видел.

— Как его звали? - поинтересовалась я, чтобы поддержать разговор. Не все же Барту отдуваться!

— Сейчас и не вспомню, - пожал плечами Тревор. - Давно это было, лет тридцать назад...

И тут... Неожиданно в голову ударила мысль насколько странная, как раз под стать свихнувшемуся на Скарвисе молодому астробиологу!

— Сейчас я назову имя, - сказала ему, - а вы попытаетесь вспомнить. Быть может... Скорее всего, я ошибаюсь, но... Быть может, его звали Ролмод Эйм?