Книга Краткое пособие по выживанию для молодой попаданки, страница 63 – Оксана Гринберга

Я тоже догадывалась.

— Будь осторожна, Кимми! — покачала головой Петра. — Ты молода, и сейчас самое время веселиться, чтобы было о чем вспомнить, когда тебе стукнет столько же лет, как и мне. Такие ухажеры, как Бастен Крауз, тебе не помешают, но я не хочу, чтобы он разбил твое сердечко! Не так давно я спасла от подобной участи Эльсану. — Петра была уверена, что брак с Робером Хартеном ее рук дело. Мне же казалось, что в этом есть немалая доля и моих усилий. — Бастен Крауз сделает все, чтобы тебя заполучить. Сроки выплаты по закладным истекают в конце июля, поэтому он будет крайне настойчив.

— Обещаю, бабушка! — машинально ответила ей. — Я буду с ним крайне осторожна. К тому же меня мало волнует чья-либо настойчивость! И вообще, брак не входит в мои планы на ближайшие пять лет. — По крайней мере, пока я не окончу Академию. — А что касается Бастена… Это будет всего лишь прогулка на коляске!

И мне очень хотелось в это верить.

* * *

Бастен, как и в первую нашу встречу, оказался абсолютно неотразим. Дожидался меня в гостиной — подтянутый, сосредоточенный, светлые волосы спадают на светлый суконный камзол, который изумительно ему шел. Поднялся, подошел — быстрый, порывистый — и мое сердце забилось куда сильнее, чем раньше. Подарил цветы, окинул восхищенным взглядом. Сказал, что я дивно как хороша, и его слова прозвучали настолько искренне, что я, подозреваю, зарделась.

А ведь не собиралась!

Но и он был хорош! Насколько, что мое сердце, которому перед встречей я несколько раз зачитала «Краткое Пособие по Выживанию», вело себя совершенно не так, как ему положено.

Затем, усадив меня и Мадлен в открытую коляску, запряженную белоснежной двойкой лошадей, приказал кучеру трогать. И мы понеслись, покатили по Фрисвилю, весело подпрыгивая на булыжниках. Порывы ветра время от времени грозили сдуть мою кокетливую шляпку. Я же, смеясь, пыталась водрузить ее на место, а Бастен старательно мне помогал. Иногда я поглядывала на Мадлен — смугленькую и красивенькую в темно-красном платье, которой не помешало бы мне помочь совладать с запутавшимися лентами завязок… Но горничная сидела молча, не проявляя интереса к моей персоне, время от времени стреляя черными глазищами в сторону Бастена.

Странно все это! Ну да ладно, я и сама справлюсь, но… Какая муха ее укусила?

Впрочем, молодой Крауз к яркой внешности и заинтересованным взглядам молодой компаньонки остался равнодушен, и мне почему-то казалось, что Мадлен это порядком задевало. Настолько, что к концу прогулки на щеках ее появился пунцовый возмущенный румянец, а ее полные губки кривились то ли от гнева, то ли от обиды. Несколько раз я ловила на себе ее острые взгляды, и мне казалось, что она ревновала… Бастена ко мне!

От этой мысли мне стало не по себе. Бастен тоже почувствовал, что мое настроение изменилось. Принялся допытываться о причине, но я решила промолчать. Не говорить же с ним о Мадлен под ее недовольным взглядом?! К тому же меня не оставляло ощущение, что эти двое были знакомы. Правда, Бастен делал вид, что видит ее в первый раз, и моей горничной это не пришлось по нраву. Или же во всем виновато мое разгулявшееся воображение?!

Вместо своих подозрений рассказала Бастену о заболевшем Клаусе Беккере и о том, что лиор Арвид Римерин оказался настолько добр, что выделил целую повозку и даже дал Иннеке в дорогу снотворную настойку. Доброта этерийца младшего Крауза нисколько не впечатлила. Светлые глаза мужчины потемнели, и я вспомнила, что в войне они потеряли слишком многое… Почти все, по словам Петры.