Книга Листая страницы. Доведи эту книгу до финала, страница 129 – Оливия Олиф

Когда Дэниэл вошел в комнату через окно, я сидела у чемодана обнимая себя руками.

— Катя?

Всхлипнула вместо ответа.

— Катя, что произошло?

Дэниэл подходил медленно, как к дикому зверю. Он всматривался в лицо, желая понять кто перед ним. От этого на душе стало гадко. Не знаю, что меня выдало, но в какой-то момент он узнал и ускорился.

— Катюша… - Меня заботливо гладили по голове, и даже ненавистное «Катюша», из уст Дэниэла, звучало мило. Плевать кто вырвал страницы! Даже если он – готова простить все грехи оптом.

Потребовалось время. Успокоиться, рассказать о случившемся… Дэниэл был терпелив и спокоен, чего о себе сказать не могу. Перескакивая с одного на другое, сбивалась и путалась в словах. Торопилась высказаться. Возможно предчувствовала, а может просто так совпало, но главное, когда сознание начало плыть, все важное было сказано. Легкое головокружение заставило привалиться к стене.

— Она идет. Она сейчас будет здесь. - Хотела его предупредить. Язык уже с трудом двигался, контроль над телом пропадал.

— Не бойся. Я помогу.

Последнее прикосновение к волосам уже не почувствовала. Видела, хоть и смутно, но не чувствовала. Дэниэл перенес меня на кровать, зачем-то укрыв одеялом. Секунда… и на смену волнению пришло полное безразличие. Мир исчез.

Вы когда-нибудь плавали в полной тишине и темноте? Подобная реклама попалась однажды в интернете, и вот сейчас, я испытала похожие ощущения. Лежа на спине, полностью расслабившись, позабыла про все на свете и не желала вспоминать. Это происходило бесконечно долго или всего секунду… Сложно сказать. Время не имело значения. Ничто не имело значения, пока я не почувствовала боль. Она возникла резко, остро и довольно быстро пропала. Безмятежную тишину нарушил встревоженный голос. Далеким эхом, он звучал повторяя одно единственное слово. Можно было не обращать внимания, погрузиться глубже, в спасительную тишину, но это слово раздражало.

«Катюшааа…» - Звал голос, а внутри нарастал комок злости.

«Катюша…» - Хотелось найти и заставить замолчать.

Снова боль, только теперь я знала где болит. Левая щека горела огнем. Не сильно, но ощутимо. Я приложила к ней руку. Нет. Не горячая. Странно…

И снова зовущий голос… Если есть голос, значит где-то есть его хозяин. Стала вертеть головой, нелепо разгоняя темноту руками, протерла глаза… Бессмысленно, конечно, но безмятежно плыть я уже не могла.

В какой-то момент темнота стала рассеиваться, через мутно-серый фильтр проступил знакомый образ. Мужчина. Красивый, зеленоглазый и кажется злой. Еще где-то есть женщина, но я не вижу ее. Только голос. Она смеется, неразборчиво говорит, отчего в зеленых глазах мелькает испуг. Вот он замахивается, и теперь уже правую щеку опаляет жар. Он ударил меня! Злость переполняет и вдохнув поглубже, выныриваю из полутьмы.

-Ты охренел! Я сейчас…

Он порывисто обнимает меня. Прижимает к себе так сильно, что кажется сейчас задушит. Уперевшись рукой в грудь, чувствую как бешено колотится его сердце. Сердце Дэниэла. Я узнала его.

— Катюша… - И зубы сводит от этого слова.

В школе меня дразнили не очень изобретательно. Затягивали пресловутое: «Расцветали яблони и груши…» С тех пор предпочитаю, когда меня называют Катенькой. На слово «Катюша» срабатывает рефлекс.