Книга Там, где ты нужна…, страница 41 – Снеталия Морозова

— Тебе тоже спасибо, Рон.

Они порталом вернулись в кабинет ректора, затем Эльтарон проводил Василису до ворот, несколько минут они стояли, эльф уговаривал ее проводить до леса, но женщина решила идти одна, она была уверена, что Ших где-то поблизости.

Адепты завороженно смотрели, как ректор с драконницей шли, затем говорили у ворот. Ректора считали скучным строгим и нудным профессором. Как часто мы делаем неправильные выводы, полагаясь лишь на внешность.

Василиса выходила из Академии, слушая свое сердце и Дракошу. Тихоня Дракоша молчала, Ших ее усыпил, а Лиса думала о Бере и Диране, о сыне.

Женщине нравился Эльтарон, он был воспитан, галантен, умен, она немного растерялась от его напора и желания войти в семью.

«Какую семью? Она только у меня в голове, ладно, поживем – увидим, надо Шиха как-то подготовить к рассказу, да и Дракоша моя дрыхнет. Как там Эррол, наверное, сильно переживает?».

— Ших! – сказала вслух Лиса, – отзовись, я иду домой, дорогу не помню, летать не могу.

Драконница увидела духа, он был просто облаком, еле-еле можно было уловить силуэт.

— Ты как привидение, Ших, у меня для тебя есть очень интересный рассказ.

Уже дома Василиса сказала:

— Ших, быть духом леса – это огромная работа и ответственность, ты не просто защитник, ты пример во всем и для всех, земляне говорят: не делай людям лучше, а делай людей лучше, своим поведением, отношением к ним, дай эльфам шанс исправить ситуацию, позволь им стать лучше.

— Говори уже, драконница!

— Пообещай мне, пожалуйста, что ты не разнесешь город эльфов.

— Я не хочу им зла, я устал от этого, мне это не по духу.

Василиса, не спеша, подбирая слова, пересказывала все то, что ей рассказал эльф Эльтарон, а ему его дед, который когда-то обучался лекарству у духа, а повествуя о том, как мамы малышей защищали своих деток, а им помогало дерево жизни, ценою своей, она не сдержалась и расплакалась.

Закончив повествование, она не увидела Шиха, но ощутила холод, он молниеносно заполнял дом. Лиса выскочила на улицу, в лесу стало темно, она услышала отчаянный вой зверей.

— Ших, миленький, дай всем шанс: себе, жителям, это было давно, дай лесу и озеру жизнь.

— Я вспомнил! – оглушил тяжелый бас лес.

Женщина увидела вихрь, в виде тёмного «хобота», напоминающий столб с изогнутой осью вращения, с воронкообразными расширениями сверху и снизу, всасывающий в себя листья, ветки. От этого вихря веяло холодом.

— Ты можешь тут все разрушить, а можешь простить и создать! Ты создатель, Ших! У тебя есть шанс.

— Я вспомнил! Меня предали жители! Меня предала Жизнь!

— Она не предала, она лишь стерла кусочек из памяти, для твоего же блага, – Лису уже колотило от холода и страха, зубы непроизвольно стучали.

— Я чуть не испустил дух, во мне уже не осталось сил! Когда бы она пришла? Когда бы пришла ко мне Жизнь? Когда бы вернула мне память и силы? – басил голос.

— Она пришла!

— Где?

— Это я!

Воронка стала меньше, холод уходил, перед Лисой оказался мальчик лет десяти, не маленький и несмышлёный, а уже способный думать, принимать решения, но еще нуждающийся в заботе и защите.

Василиса опустилась перед ним на колени, раскрыла руки для объятий.

Мальчик подбежал, она обняла его, тела в нем не было, но Лиса представила объятия, ведь малыш обвил ее шею своими невесомыми руками.