Книга Альвена, страница 76 – Снеталия Морозова

Варгар, Дирегар, Дриад побежали ко мне. Я стояла, как вкопанная, и не могла пошевелиться, моргая глазами, полными слёз, смотрела на них, запоминая каждое их движение, каждую эмоцию, чтобы помнить это в царстве мертвых.

Случается такое в жизни, ты принимаешь самое, казалось бы, неподдающееся здравому смыслу решение, но от этого принятия тебе становится хорошо, и ты понимаешь: оно самое правильное. Вот и я принял такое решение. Когда Альвена прыгнула со скалы, я понял: она пожертвовала собой, чтобы спасти Дарию. Девушка из другого мира отдала свою жизнь за оборотней и светлых магов, за своих мужей, за жителей, за меня в том числе. Я тогда решил, что после боя я уйду за ней в мир мертвых. Мне не нужна Дария, не нужен мир без неё. Я здесь уже пожил, лучшее, что я помню за последние сто лет – это встреча с ней, наша прогулка, разговоры. Хочу быть с ней, принял решение и улыбнулся, всё во мне откликнулось на этот жизненный выбор.

Я вспомнил её глаза, их мне не забыть уже, где бы я не был. Эта синева и глубина, разумность и дерзость, нежность и сила – всё это я увидел в них. Вспомнил, как она эмоционально и искренне кричала на меня, говоря о себе и своих близких, вот тогда я понял, что пойду за ней, хоть на край мира, да хоть за край. Именно тогда она меня "разбудила", я спал все эти годы, живя лишь желанием отомстить. Альвена мне призналась в чувствах, и я всегда буду благодарен ей за искренность, доброту и любовь.

Еще у Файгара в доме почувствовал, как моя магия потекла по венам, ожила, отзываясь на её легкие шаги, мне хватило одной секунды, я запомнил её, образ словно впечатался в мою память. В тот день на протяжении всего разговора в доме оборотня я удерживал магию, она горячей лавой текла по рукам, мне хотелось коснуться Альвены.

Я знал, что у магов тоже может магия откликнуться, почувствовать своего по духу, соединяя сердца навеки, но даже не предполагал, что такое может случиться со мной, это было редкостью, даром, и это непередаваемые ощущения в теле: волнение и трепет. Я не смотрел на неё, чтобы не выдать себя, был обескуражен, меня трудно вывести из равновесия, сложно удивить, а тогда я растерялся.

Я понял, что с Селеной у меня была юношеская влюбленность, дружба, мы даже не были близки, а вот Альвену я возжелал, впервые в жизни я захотел женщину. Я был воином, лекарем, был одержим местью, а после встречи с волчицей мне впервые снились эротические сны: я был с ней, ласкал её, трогал, целовал.

Когда Альвена прыгнула со скалы, я остался там, зная, что скоро прибегут её истинные, оборотни почувствуют потерю. Я стоял у Сердца Леса, когда увидел двух огромных черных волков. Они были разбиты морально, измучены, изнурены быстрым бегом. Меня повалил Дирегар, я видел его клыки, слюна из его пасти капала прямо мне на лицо. Волк Дирегара не принимал чужого мужчину, зверь страдал без пары. Его оттащил от меня Варгар, обернувшись. Взгляд у князя был полон боли и отчаяния.

— Говори, маг, иначе я тебя убью, где она? – прошипел князь, внюхиваясь в меня.

— Она в мире мертвых.

Варгар осел на землю, наклонил голову и закрыл глаза.

Волк Дирегара когтями вцепился мне в горло. Его снова князь оттащил. Дир когти утопил в землю и завыл, да так протяжно и горько, что у меня сердце защемило.