Книга Босс! Укротишь меня?, страница 44 – Ева Адамова

— Пожалуйста, родная, не плачь. Не делай глупостей, умоляю тебя. Это наш малыш и он должен появиться на свет.

— Влад... — я опять не смогла начать говорить, разрыдалась с новой силой.

— Я люблю тебя, так сильно люблю. И малыша уже очень люблю. Не убивай его, умоляю тебя. — он крепко прижал меня к себе. И я только начала понимать его слова. Я даже плакать перестала.

— Влад, как ты мог такое подумать? — спросила я.

— Ты так расстроилась, я решил, что ты не хочешь его.

— Я не знаю, что со мной. Не знаю почему такая реакция. Но я никогда бы не избавилась от нашего малыша, не думай так больше. Наверное я просто в шоке. Ведь я пила таблетки. И была уверена, что они работают.

— Тебе же врач сказал, что нет стопроцентной защиты.

— А ещё я пила! Спиртное. Дважды. — испугалась я этого. — Вдруг я навредила малышу. — и снова начала плакать.

— Крошка моя, видимо ты ничего не слушала, что говорил врач. Большая часть беременных пили алкоголь, не зная, что уже в положении. Всё хорошо, ты не навредила. Наш малыш будет здоровым. — Влад улыбается, значит всё хорошо.

— Не слушала, вообще ничего не помню.

— Я помню. Я скоро стану папой! — радостно воскликнул он. — Моя любимая крошка, подарит мне малыша! — таким радостным я его вижу впервые, я даже сама начала улыбаться.

— Я есть хочу. — сказала я ему.

— Конечно, моя госпожа. Чего желаете?

— Я не знаю. Теперь мне страшно, что меня снова вывернет наизнанку.

— А давай мы поедем домой и там решим? — предложил он.

— А работа?

— Сегодня у нас выходной. Ребята приедут к нам вечером, будем отмечать! — всё так же радостно сказал Влад.

Влад

Наконец-то Маша окончательно забрала все свои вещи. Всё. Двери захлопнулись. Теперь я могу расслабиться, не люблю не доделанных дел.

Я помог ей всё разложить, на душе стало спокойно, так и должно быть. Теперь Это наше жильё. Я как будто стал полноценным.

Вспоминая своё проживание с Ольгой, я не испытывал и половины того, что чувствую сейчас. Да я и не звал её к себе. Она сама постепенно перевозила свои вещи; я не сопротивлялся, но и радости от этого не было. Она была слишком навязчивой, я не испытывал к ней любви — только симпатию, которую она довольно быстро разрушила, а затем стала раздражать меня. Мне не нравилось, как она общается с людьми, всегда своим видом показывая превосходство. Не нравилось и то, что она пыталась манипулировать мной: когда у неё это не получалось, она сразу начинала плакать. Это выглядело очень некрасиво и ненатурально.

Другое дело — Маша. Она вся естественная. Совершенно не умеет притворяться, все её эмоции живые и настоящие. Никогда не хочу видеть её слёз. Хочу, чтобы она всегда улыбалась.

Откуда-то появилась Ольга. Начала закидывать меня сообщениями. Чем очень сильно раздражала. Что ей от меня надо? Прошло два года, зачем она снова вернулась?

Я даже подумать не мог, что она будет так себя вести. Показал их Маше, не хочу от неё ничего скрывать.

Маша восприняла это с улыбкой.

— Я с ней согласна! Лучше тебя никого нет! Но теперь ты мой! — сказала она мне и обняла.

Маша. Моя любимая крошка.

Я помню наш разговор с отцом, когда я спросил, как так вышло, что он отказался от всего и всех ради мамы.

— Когда я её увидел впервые, то подумал, что за выскочка! Разговаривает со мной сквозь зубы, вся какая-то раздраженная. Не понравилась она мне. Я тогда приехал в Москву к моему старшему брату, погостить. А она жила не далеко от него. Я тогда подумал, что она так себя ведёт, потому-что я не русский и приезжий. А оказалось всё совсем по другому. Это мой брат её сильно обидел, вот она и решила, что мы все такие. — смеясь сказал отец.