Книга Пробуждение Нави, страница 141 – Рита Хоффман

— Не стоит их подкармливать. Привыкнут и перестанут людей бояться.

Радомила вскочила и вскинула меч. Ольга отошла от телеги и покачала головой. Колокольчики, вплетенные в ее косматые волосы, тихо зазвенели.

— Успели, значит. – Ведьма указала на клетку. – Он совсем плох, разум едва теплится в нем. Опоздай вы хотя бы на день, потеряли бы мальчишку.

— Ты поможешь нам? – Радомила убрала меч и подошла к ведьме.

— У себя спроси, ласочка, готова ли ты мою помощь принять. – Ольга достала из складок одежды высушенный цветок и протянула ей. – Съешь его.

Радомила обернулась, посмотрела на спящего мужа и засунула цветок в рот. Тот оказался таким горьким, что ей захотелось сплюнуть сок, но ведьма покачала головой и сказала:

— Все проглоти и за мной ступай.

— А они? – Радомила указала на спящих.

— Они только мешать тебе будут. Помоги-ка старушке.

Ольга открыла клетку и, не успел Дарий пошевелиться, ткнула его двумя пальцами в лоб и что-то прошептала. Его глаза опустели, уголки губ опустились. Ведомый чужой волей, он выбрался из клетки и спрыгнул на землю.

— Пойдем, голубчик, пойдем. И ты тоже, давай, не стоит отставать. Белые люди, может, и питаются кореньями, но в случае опасности и напасть не побоятся.

Они отошли от костра и какое-то время двигались сквозь кромешную тьму. Радомила слышала позвякивание колокольчиков и тяжелую поступь Дария. Она нагнала его и прикоснулась к ледяной руке. Он, казалось, даже не заметил.

Ольга подвела их к странного вида палатке, состоящей, кажется, из одних углов. Она откинула полог, и на Радомилу пахнуло горячим воздухом.

Внутри был разведен очаг, дым выходил из палатки через дыру в потолке. На земле были начерчены странные символы, на стенах – руны, написанные чем-то, смутно напоминающим кровь.

Дария Ольга усадила у костра, Радомила села рядом с ним и спросила:

— Разве тебе не нужна Варна?

— Она свое дело сделала, – отмахнулась ведьма, – говорю же: они сейчас нам только мешать будут. Мальчишку-то раздень, нужно посмотреть на печати, которыми их связали.

Радомила с трудом стащила с Дария рубаху и поморщилась, увидев испещренное шрамами тело. Сколько же боли он пережил…

— Какая уродливая работа, – сказала Ольга. – Ну ничего, шрамы же только украшают мужика, верно? Сколько годков он провел в этом теле? Десять?

— Около того, – подтвердила Радомила.

— Еще и десяток лет юности себе выторговал, считай. А теперь, ласочка, посмотри на меня. Давай, давай, не тушуйся. Слушай, что я говорю, слушай мой голос. Сейчас я возьму кровь белого человека и оставлю на твоем животе метку, такую же метку я оставлю на груди твоего сына. Связь ваша будет сильна, любить его ты будешь больше всего на свете.

— Хорошо, – хрипло согласилась Радомила.

— Повелительница Нави поможет мне поселить душу в его тело, но, – Ольга многозначительно поиграла бровями, – душу эту нужно где-то взять.

Радомила непонимающе уставилась на нее:

— Что ты имеешь в виду?

— Душа из воздуха не появится, – терпеливо пояснила Ольга, – ее взять у кого-то придется. И лучше всего для мальчишки подойдет дух ребенка, которого ты носишь под сердцем.

Радомила схватилась за живот и попятилась.

— Никогда! – выдохнула она. – Как ты можешь предлагать мне такое?!

— Неужели ты думала, что вернуть душу – это так просто? Не бывает в колдовстве меньшего зла, ты либо идешь по тропке, проложенной старыми богами, либо примыкаешь к легиону Зверя, иного не дано. Будь я такой, как та, что сотворила это с твоим сыном, взяла бы твою душу силой или душу мужа твоего, но я только с согласия провожу ритуалы, таково мое правило. И я спрашиваю тебя, ласочка, оставишь ты сына наедине с его бедой или помочь ему решишь?