Книга Пробуждение Нави, страница 67 – Рита Хоффман

— Разве новый Бог не обещает кару неотвратимую за обжорство? – пробормотал Ждан. – Погляди, как жадно едят.

Радомила принялась людей вокруг рассматривать.

За одним столом сидел мужик с круглым животом, мясо руками рвал, жир стекал по бороде. А рядом с ним совсем молодые ребята на еду набросились так, будто голодали несколько дней.

— Может, они пост держали? – Радомила пожала плечами. – Ты в чужую тарелку-то не заглядывай. Их Бог им все простит.

Разговоры всё громче становились, несколько человек ссору затеяли, один мужик другого за грудки схватил и принялся трясти. Ждан хотел вмешаться, но Радомила жестом его остановила. – Взвод, может, и должен людям помогать, но только с нечистью. Нечего жизнью рисковать из-за перебранки незнакомцев. А если у кого из них нож за поясом окажется?

— Прежде ты меня не останавливала, – недовольно сказал Ждан.

«Прежде я не носила под сердцем твоего ребенка», – хотела сказать Радомила, но смолчала.

Дерущихся выставили за дверь, из окна видно было, что мужики повалились на землю и принялись мутузить друг друга кулаками. Несколько человек следом за ними вышли, кругом обступили драчунов, но разнимать их не торопились, наоборот, кричали, подначивали.

— Не думала я, что здесь такие люди живут, – пробормотала Радомила. – Никто руку помощи не протянул, ты посмотри, только глазеют.

— Своя рубашка ближе к телу, – глубокомысленно изрек Ждан. – Пойдем отдохнем, солнце садится, а завтра вставать ни свет ни заря.

Они поднялись под самую крышу, вошли в крошечную комнатку и кое-как уместились на узкой кровати. От матраса свежим сеном пахло, одеяло оказалось удивительно мягким, Радомила только голову на подушку успела положить и тут же уснула.

Проснулась она в ночи, за окном была темень, хоть глаз выколи, тишина стояла, но сердце в груди птицей билось. Радомила прислушалась и скорее почувствовала, чем услышала, детский плач. Она быстро встала, натянула сапоги и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

На улице не было ни души, только где-то в темноте ребенок плачем заходился. Радомила смело шла вперед, сжимая меч. Пусть левой рукой сражаться все еще казалось непривычно, но ведь нужно когда-то начинать?

Она была готова увидеть что угодно – хоть черта лысого, но вместо нечисти обнаружила только озлобленную женщину и девчонку лет шести. Малышка плакала, ручонки прижимала к груди, а мать снова и снова ее по щекам лупила.

— Маменька, – причитал ребенок, – за что? Что я сделала?

Баба молчала и знай себе дочь по щекам охаживала. Не выдержала Радомила, вышла из темноты и схватила нерадивую мать за руку.

— Хватит!

Ребенок притих, а баба вытаращилась на Радомилу, глаза большие, круглые, блестели словно стеклянные.

— Ты что это делаешь? – Радомила как следует встряхнула незнакомку. – Убить ребенка решила?

— Не твое дело! – огрызнулась та. – Пусти меня!

— Держи, держи ее!

К ним подбежала запыхавшаяся Лада. Ни слова не говоря, она приложила три пальца ко лбу женщины и прошептала что-то. Радомила почувствовала, как незнакомка обмякла, словно из нее весь воздух вышел.

— Успели. – Лада смахнула пот со лба. – Забирай дочь и домой иди. Да смотри, больше никогда не смей лупить ее!

Женщина медленно кивнула, молча взяла дочь за руку и повела ее вперед, в темноту.