Книга Тени у костра, страница 70 – Владимир Торин, Ирина Иванова, Екатерина Шабнова, и др.

— Я хочу вытащить… В ваших волосах много… – Он не осмелился сказать «мусора» – кто его знает, этого Шеллоу, вдруг оскорбится.

— Знаю, – ответил клиент. – Я заснул и зарос. Не помню, как это произошло, но, кажется, я проспал целую неделю.

«Вряд ли можно так зарасти за какую-то неделю, – подумал цирюльник, разглядывая освобожденную консервную банку. На этикетке с трудом угадывалась надпись: “Крюгге. Щупальца спрута в масле”. А ведь когда-то эти консервы и правда производили на фабрике Крюгге. Но ведь она давно обанкротилась…»

— Я могу поинтересоваться, где именно вы заснули, Шеллоу?

— У садовой решетки особняка Хозяина.

— Это где-то здесь, в Тремпл-Толл?

— Это известное место. Недалеко от канала. Признаться, я не помню, как заснул. Помню лишь, как проснулся. Меня разбудил мальчишка.

— Мальчишка? – поинтересовался господин Куафюр, отрезая клок за клоком – прядями назвать этот волосяной ужас язык не поворачивался.

— Он задел меня, когда перелезал через ограду. Его нога запуталась в моих волосах. Мальчишка решил, что это плющ. Я пытался схватить его, но он оказался шустрым. С другой стороны ограды его ждал джентльмен в черном с докторским саквояжем. Они ушли…

«Доктор Доу и его племянник? Куда на этот раз они сунули свои носы?»

До господина Куафюра доходили слухи, что доктор порой участвует в делах разной степени таинственности.

— Кто эта мисс? – неожиданно спросил Шеллоу.

— Простите?

— На плакатах. Я их не помню.

Цирюльник поднял взгляд. На стене слева от кресла висели плакаты в рамочках – на каждом была изображена молодая женщина, но на всех «цирюльных афишах» ее прически отличались: на одной она – с пышной прической и подвитыми огненно-рыжими локонами, на другой – с волосами каштановыми, собранными в кокетливую модную стрижку на шпильках, на третьей – волосы черные, а стрижка мрачно-драматичная, на четвертой – ее русые волосы вызывающе острижены «под мальчика», на пятой – длинные белые волосы частично скрывают лицо…

— Это моя дочь Фелиция. Она помогает мне демонстрировать стрижки и в кое-каких… гм… экспериментах цирюльного дела.

— Очень красивая мисс. Не знал, что у вас есть дочь.

— Она появилась… недавно.

Шеллоу ничего не уточнял, и цирюльник не стал вдаваться в подробности – говорить с этим существом о дочери ему не хотелось.

Господин Куафюр задумчиво обстригал ком волос, тот постепенно уменьшался в объемах, хотя с виду все еще представлял собой сущий кошмар. На миг прервав стрижку, цирюльник вытащил из лохм клочок газеты, расправил его. Статья на коричневой, почти разлезшейся от старости и влаги бумаге почти не читалась, но заголовок и пару первых строк еще можно было различить: «Профессор Погодник обвиняет Чету Фогг в краже своей “Туман-машины”! Мистер и миссис Фогг отвечают, что машина всегда принадлежала им. Чем для города обернется противостояние Злодеев?!»

— Злодеи Золотого Века… – прошептал господин Куафюр, хмурясь.

Упомянутые личности по праву считались великими и ужасными. Обладая невероятными надприродными силами и уникальными механизмами, они совершали грандиозные преступления, противостоя полиции и друг другу, – при этом регулярно переворачивали Габен вверх дном. Когда-то господин Куафюр лично знал некоторых из них.

— Что еще за «Золотой Век»? – спросил Шеллоу.