Книга Звереныш, страница 122 – Рита Хоффман

— Очень жаль, что он не спросил твоего мнения, альв. — Корень издал хриплый смешок.

Вольфу начало казаться, что мандрагора знает куда больше, чем говорит, но вмешаться в спор он не посмел.

— Троллькона расскажет, что произошло, и мы все исправим, — решительно заявил Сурдри. — Понятно тебе?

— Уже вижу, как она принимает тебя с вином и жареными куропатками. Ты хоть раз встречался с тролльконой, альв?

— Нет, но…

Хрипло посмеиваясь, корень вяло дернул отростком-рукой, будто отмахнувшись от Светлейшего.

— Ты ни разу не выразил ей почтения, а теперь надеешься, что она с радостью поможет тебе? Кажется, тупой здесь не только мальчишка.

Сурдри предпочел промолчать.

* * *

Они ехали долго, успели несколько раз отдохнуть, и лишь к вечеру, заметив впереди громаду леса, Вольф осмелился обратиться к Светлейшему:

— Цверги выковали для меня кинжалы, — осторожно начал он. — По просьбе хагазусс. Я бы хотел забрать их, если можно.

— Ты знаешь, где они? — Сурдри смотрел прямо перед собой.

— Один под госпожой, второй же… — Вольф задумался. — Возможно, у Иных.

— Мне нужно кое-что забрать у Мрачнейшей, я велю узнать, где твои кинжалы. Но к госпоже мы не поедем, нет времени.

Вскоре они въехали под зеленый купол Грюневальда, и Вольф вдруг понял, как скучал по лесу. Его сердце сладко задрожало, когда он услышал пение птиц, учуял запах меда, вновь почувствовал силу, витающую прямо в воздухе.

Грайхайм казался ему чудовищем из камня. Мертвый, воздвигнутый людьми, он не дышал, а Грюневальд был самой жизнью. Сосредоточившись, Вольф мог почувствовать биение его большого сердца, течение соков под корой вековых деревьев, суету мелких животных под поверхностью земли. Он покинул лес не так давно и даже не подозревал, насколько тосковал. Тоска проела дыру в самом его нутре, но эта рана не болела, потому он ее не замечал.

Добравшись до кургана, Сурдри велел Иным оставаться снаружи, а сам скрылся в проходе, на ходу сбрасывая личину старика. Вольф успел заметить копну рыжих волос, прежде чем земля сомкнулась за спиной Светлейшего.

Иные разбили небольшой лагерь, достали из мешков еду и начали спокойно беседовать, рассевшись прямо на земле. Вольф не осмелился присоединиться к ним и отошел в сторону, прихватив с собой твердый сыр и край еще мягкого хлеба.

— Боишься их? — вдруг спросил корень.

— Нет.

— Почему не сел рядом?

— У тебя нет глаз, откуда ты…

— У меня есть все, что нужно, чтобы заметить, как они тебя сторонятся. Не ты их, а они тебя, мальчишка. Из-за истории с драугром?

— Думаю, да, — нехотя признался Вольф. — После нее многие стали звать меня сейднаром.

— Мерзкое словечко, — согласился корень.

— Но Сурдри никогда не называл меня так.

— Ты бы поменьше доверял ему, мальчишка. Смотришь на альва открыв рот, но он не из тех, кто раздаривает доброту просто так.

— Что ты имеешь в виду? — Вольф нахмурился.

— У альва есть причины держать тебя как можно ближе. Не знаешь какие?

— А ты?

Корень молчал, а Вольф напряженно думал. Ему снова показалось, что мандрагора знает куда больше, чем произносит вслух, но отчего-то недоговаривает, будто вынуждая его размышлять.

— Троллькона спустит этого заносчивого дурака с горы, — нарушил молчание корень.

— Они не ладят?

— Она древнее альва, древнее цвергов. Ей незачем помогать ему — беды людей и Иных не ее забота.