Книга Командор. Том 4, страница 22 – Никита Киров

Если судить по переговорам, я кидал все резервы туда, войска делали вид, что проводят манёвры, а по рации на нужных каналах, которые прослушивал враг, то и дело передавали панические доклады. Но на самом деле резервы ждали подходящего момента.

Правда, не всё шло по плану.

— Что значит, задерживаются? — строго спросил я.

— Господин командор, — офицер связи из объединённой группировки смотрел на меня, хлопая глазами, — 17-я дивизия прибудет только через три часа. Ждём полного рассредоточения.

— Нет, столько не продержаться. Нужно ускорить процесс. Чего вам не хватает для того, чтобы вступить в бой через полтора часа?

— Но… — он замялся. — ничего.

— Пинков вам не хватает, — заявил я и потребовал: — Соедините меня с генералом Белгрейвом.

Ушло несколько минут, но я выбил у генерала обещание, что он отправит полк передовых сил для поддержки десанта. Ведь две дивизии должны сомкнуть клещи вокруг наступающих сил пустынников, пока десант ещё держится, и одна запаздывала. Но целый полк поможет нам продержаться. Вскоре их танки и правда выдвинулись.

А штаб Кондратьева тем временем забрал ещё две роты парашютистов, которые передавал под командование восточной группировки в Инфиналии, и отправил мне.

И я смотрел на карту, глядя, как передовые силы Дайрина продавливают выстроенную Брониным оборону. Слышал доклады, но не видел сам бой.

Но, кажется, уже начинал понимать логику всего этого. Главное, что пока сижу здесь, не забыть то ощущение, которое было внизу, когда любая пуля может быть именно твоей. Иначе привыкну.

— Майор Бронин передал, что разведка засекла передвижной командный пункт противника! — доложили мне. — Он начал атаку.

— Отлично.

У нас как раз был резерв для этого, первая рота ждала своего часа на крепости. Начали с огневого налёта, затем высадилась рота, чтобы зачистить выживших и не дать никому свалить.

Уже вскоре доложили, что Дайрин там не находился, но один из его командных пунктов мы потрепали всерьёз. Это вызвало заминку, передовые части врага прорвались, но оторвались от основных сил и угодили прямо в западню, а после к нам наконец-то подошли части объединённой группировки.

И дальше в дело вступили танки и пехота. А мы свою цель выполнили. И когда я в этом убедился, то отдал приказ, который у нас ждали:

— Выйти из боя! — приказал я.

Дальше справятся без нас, элитные войска нужны для другого. И пригодится, если враг где-то прорвётся, тогда я переброшу наших туда. Пока же нас не звали.

Это не мгновенно, ведь отходить надо организованно, передавая позиции пехоте. И для штаба задача не менее сложная, чем сам бой.

Но через несколько часов я поднялся на палубу, куда садились вертолёты. Всех встретить не мог, не было времени. Но когда приземлился вертолёт с капитаном Самохваловым, новым командиром первого батальона, я стоял на площадке, встречая их, как когда-то генерал Кондратьев встречал нас.

— Господин командор, разрешите доложить! — у Самохвала был перевязан лоб, опухло ухо, а форма покрыта пылью, но он был в порядке. — Боевая задача выполнена.

И на этом задача главная десанта завершалась. Не участвовавшие в бою части использовались для прикрытия дорог, блокпостов и отдалённых рубежей, а те, кто сдерживал натиск, вернулись на крепость ждать новых приказов и приводить себя в порядок.