Книга Подводные водоросли Таиланда, страница 10 – Татьяна Гаврилина

— Разве они жареные? Что-то не похоже, — я вспомнила, как выглядели гигантские обуглившиеся креветки, действительно приготовленные на огне, которые мы с Мариной Васильевной ели в Тунисе 20 лет назад.

— Да, они жареные, потому что приготовлены на огне, — безапелляционно заявила официантка.

Я всегда съедаю всё, что лежит на тарелке. Вкус креветок не произвёл на меня особого впечатления, да и спагетти мне не хотелось есть, тем более, что попалась палочка с запахом лука. Приправа спагетти не была острой, но с каким-то привкусом.

И всё-таки я съела всё, что было на тарелке.

Ночью я почувствовала резкую боль в верхней части живота, еле успела добежать до туалета и меня дважды вырвало съеденной пищей. Рвотные позывы были настолько мощными, что у меня после этой ночи три дня болели рёбра, и я не могла глубоко дышать. Голова и правый глаз очень сильно болели, лоб был горячим, и я положила мокрую прохладную тряпку на лоб. А утром… А утром я обнаружила, что не вижу правым глазом. Появилось огромное розовое пятно, внизу справа от этого пятна была какая-то волнистая колеблющаяся линия.

— Кровоизлияние в правый глаз, — пронзила меня мысль. Я вспомнила про знаки, посылаемые мне Вселенной и всё встало на свои места.

Года три назад я ходила с Галиной Дронской во вьетнамский ресторанчик около метро Серпуховская, а через два часа после его посещения у меня возникла обильная рвота съеденным супом из морепродуктов. Тогда я решила, что, по-видимому, морепродукты были не свежие. Теперь я поняла, что это у меня такая аллергическая реакция на специфические азиатские приправы. Я связалась со страховой компанией и рассказала, что со мной приключилось. Страховая компания организовала для меня онлайн консультацию с врачом общей практики. Я общалась с ним с помощью Яндекс-переводчика. Доктор рекомендовал мне обратиться к офтальмологу, что было очевидно и без консультации.

На острове находился госпиталь, однако, в этом госпитале не было узких специалистов, не было окулиста, были только врачи общей практики. Узкие специалисты работали в госпиталях на материке, в таких городах как Паттайя, Шантабури. В ближнем городе Трат окулист практиковал только в субботу и воскресенье и то, это была не совсем точная информация, то есть он мог и не работать. От порта до Паттайи надо ехать 5 часов на машине, до города Шантабури — 2 часа. Я решила ехать в госпиталь Шантабури. Страховая компания не организовывала транспортировку из острова до госпиталя, я должна была самостоятельно добраться до клиники. Мне помогли ребята из тур фирмы Satang. Они также посоветовали попросить страховую компанию заранее послать в госпиталь гарантийное письмо оплаты консультации окулиста и всех обследований, а копию письма прислать мне; это очень пригодилось. К 8 часам утра к отелю подъехал седан, и мы поехали к порту. На пароме перебрались на материк, и машина весело и быстро поехала по живописной дороге Таиланда в глубь материка. Как только мы подошли к двери госпиталя, створки бесшумно разъехались в разные стороны. Двое санитаров с креслом на колёсиках подбежали ко мне, усадили в кресло и подвезли к окошку в стеклянной стойке, за которой сидела медсестра. Слева от неё стоял монитор компьютера. Она меня попросила рассказать, что случилось. Мой рассказ состоял из трех предложений: 29 января вечером поела креветок, ночью интенсивная рвота с головной болью и болью в правом глазу, утром обнаружила, что правый глаз не видит. Медсестра сидела, улыбалась и кивала мне головой, затем спросила: