Книга Отпуск в другом мире, или Жених-колдун в наказание, страница 3 – Нора Арон

— Дети, боюсь мое решение по экскурсии было поспешным, я признаю свою ошибку.

Ученики замерли, внимательно слушая меня и только чертенок нагло расплылся в улыбке. Он-то решил, что я говорю о решении по его допуску к этой экскурсии.

— Мы упустили один важный момент, а именно, что наступает последняя четверть вашего выпускного года и вам предстоит сдавать переводные экзамены. А у многих из вас наметилось явное ухудшение в знаниях.

Мальчишка как и остальные ребята напряглись, недоумевая и еще не догадываясь о сути разговора, но предчувствуя неприятность. Многие, как я с облегчением заметила, явно смутились при намеке на плохие оценки и мельком глянули в сторону Ратникова. Я приободрилась и продолжила.

— Поэтому, как ни тяжело мне это говорить, но экскурсию придется отменить.

Лица детей вытянулись, а один конкретный ученик покрылся красными пятнами от злости.

Итак, победа в итоге осталась за мной. Но я никак не могла этим гордиться и внутренним чутьем предвидела нежелательную для меня развязку.

И, к сожалению, оказалась абсолютно права. Уже через час я снова стояла в кабинете директора, обуреваемая самыми противоречивыми чувствами. А напротив меня стоял взбешенный Артемий Дмитриевич Ратников собственной персоной. Я только подумала, что мы стали слишком часто встречаться, как оба, и директор, и гость, накинулись на меня с очередными обвинениями.

Впрочем, больше всего усердствовала Валентина Михайловна.

— Артемий Дмитриевич, — директриса буквально источала добродушие и благожелательность, — не стоит беспокоиться, экскурсия непременно состоится. Не так ли, Екатерина Алексеевна?

В мою сторону зыркнули с такой злобой, что меня сильно передернуло от чрезмерной искренности начальства. В голову пришла запоздалая мысль, что, скорее всего, мне вскоре придется искать новое место. Вероятно, в другом городе, если не в другой стране. Так что терять мне уже было нечего и, вспомнив, что я упертый телец по гороскопу, я продолжила бесцеремонно бодаться.

— Она, безусловно, состоится, только не под моим руководством, уважаемая Валентина Михайловна. Боюсь, что я недостаточно компетентный специалист по проведению такого рода мероприятий.

— Как это понимать? — теперь на меня смотрели сразу две пары глаз. Взгляд руководства сочился ядом, в то время как глаза Ратникова цвета стали смотрели холодно, но без ожидаемого высокомерия или пренебрежения. Кажется, своим категоричным отказом я привлекла внимательный интерес гостя. Вероятно, мало найдется людей, способных пойти против воли этого человека.

Мужчина повернулся ко мне всем корпусом, до этого он стоял вполоборота, засунув руки в карманы и обращаясь исключительно к директрисе. Высокий, даже слишком на мой вкус, приходилось все время задирать голову, чтобы смотреть в лицо. Одет строго и официально, но я способна отличить сдержанную роскошь, таящуюся в деталях — наручных часах, запонках, кольце-печатке — стоящих, наверняка, баснословных денег.

Все в нем — глубокий голос с хрипотцой, какая-то аристократическая внешность, манера поведения — кричало о властности и сильном характере. А природная уверенность в себе обезоруживала и подчиняла.

— Вы уверены в своем решении, Екатерина Алексеевна? — вкрадчиво и обманчиво вежливо поинтересовался виновник раздора.