Книга Любовник змеи, страница 41 – Степан Сказин

Постепенно Акбала вошла в раж. Она двигалась уже резко и быстро. Глаза ее закатились. Голова склонилась на плечо.

Мы финишировали одновременно.

Утомленные — мы крепко обнялись, переплелись, как две лозы. И — не накрываясь одеялом — крепко уснули.

Акбала разбудила меня рано утром — когда комнату еще наполняла серая мгла.

— Вставай, дорогой. Будем собираться.

Акбала зажгла свет.

— Что?.. А?.. — не мог опомниться я. Мозг спросонья был точно прокисший компот.

Потом в памяти всплыл вчерашний разговор. Я захлопал глазами и прикусил язык.

— Будем собираться, — повторила Акбала.

Решив во всем довериться Акбале (а что мне оставалось?) — я не стал больше заикаться про «вот устроюсь курьером — тогда и снимем угол в сарае». Мы быстро уложили все нехитрое имущество в багажную сумку на колесиках и в два больших рюкзака. Вышли в прихожую.

Когда мы надевали куртки и обувались — из комнаты Сидора и Авдотьи вдруг прилетели нечеловеческие истошные вопли.

Авдотья — в распахнутом засаленном халате, костлявая, как смерть — выпрыгнула в коридор и помчалась к ванной.

— Что со мной?!.. Что со мной?!.

И хотя бабища пронеслась, как метеор — я успел разглядеть: физиономия Авдотьи покрыта жирными красными прыщами. За Авдотьей — в одних семейных трусах в горошек — метнулся с ослиным ревом Сидор. Такой же жутко прыщавый.

Я открыл рот от изумления. А потом сообразил: это месть Акбалы. Чистое колдовство.

Акбала сделала так, что на лицах алкоголиков повырастали алые бугры.

Что ж. По крайней мере — юха не убила Авдотью и Сидора. Покрывшихся прыщами алкашей даже не жалко. Заслужили. Но я внутренне содрогнулся, поражаясь могуществу моей нежной Акбалы.

14. Фаланстер

Я гадал: куда мы теперь направимся?..

Умнее всего было сесть где-нибудь в кафе и обзванивать агентства недвижимости — если, конечно, у Акбалы есть в кошельке или на карточке деньги на аренду квадратных метров. (У меня-то в кармане свистели степные ветры).

Но Акбала привела меня в парк.

— Садись, дорогой, — кивнула на скамейку.

Прошло пять минут, как мы сели на скамейку. Акбала и не думала доставать телефон и набирать чей-либо номер. Она пристально глядела в пространство — чуть приподняв полумесяцы красивых бровей.

Деревья с растопыренными ветвями не успели одеться зеленью листвы — и стояли кривыми многорукими великанами.

На небо наползла черно-серая туча. Посыпался снег — который таял, не долетая до земли. В парке висели сумрак и тишина. Только каркали вороны.

Мы сидели и молчали.

Акбала по-прежнему сверлила глазами пространство.

Протекло пятнадцать минут. Я начал нервничать.

— Акбала… Акбала, чего мы ждем?..

— Потерпи, милый. Все будет хорошо.

Одни на пустой аллее в темном парке — мы напоминали рыбаков, караулящих у моря погоду.

— Здравствуйте. Меня зовут Фотинья Александровна. Я так понимаю: вам нужно жилье?..

Я и не заметил, как перед нами материализовалась моложавая приветливая тетушка в берете и пальто.

Я аж вздрогнул.

Вот так?.. К нам ни с того, ни с сего подходит приятная женщина и интересуется: не нуждаемся ли мы в крыше над головой?..

Но я быстро смекнул: тут снова не обошлось без сверхспособностей Акбалы. Акбала мистическим образом «призвала» Фотинью Александровну — добрую тетю, которая пустит нас к себе жить. «Призвала» — очевидно — помимо воли самой Фотиньи Александровны.