Книга Преданная, страница 53 – Мария Акулова

Снова хочется переключиться. Опрокинуть стопку обжигающей горло текилы, поймать ритм нового трека, выпрыгать из себя весь скопившийся стресс. Я успеваю отложить мобильный и коснуться кончиками пальцев подушечек пальцев подруги, когда Лиза сжимает их в кулак и опускает. Смотрит на вход. И я смотрю.

Ее:

— Ой, — и в половину не описывает тех чувств, которые испытываю я.

Сердце обрывается. Кровь вскипает и шипит. Я чувствую пульс в висках и даже яремной ямке.

— Папочка, — Лиза огибает стол и несется навстречу застывшему у входа в зал старшему Смолину. Он одет в черное. Может быть поэтому выглядит так угрожающе. А может быть потому, что смотрит хмуро. Сканирует всех. Пока что не меня.

Не влияет на впечатление даже то, что в руке у мужчины огромный букет кремово-розовых роз. В другой — пакет.

Лиза несется к нему и вопреки тому, что еще минуту назад костерила, бросается на шею. Обнимает.

Мне кажется, я читаю по тонким губам:

— С Днем рождения, дочь.

Он прижимается к Лизиной щеке, а потом взгляд снова гуляет по залу. Теперь он ищет.

И, конечно же, находит.

Конструирую диалог, который вдруг кажется безумно важным для меня, по движениям мужских губ.

— Я только поздравить и уехать.

Словно подыгрывая, Смолин говорит и смотря при этом на меня.

Ну и едеть… К черту.

Тянусь к шее. Сдавливаю и прокашливаюсь. Взгляд больше никуда не перемещается. Нашел.

Лиза отступает, забирает у отца букет, зарывается носом. Жмет к груди. Заглядывает в пакет.

Ее глаза зажигаются. Она берет отца за руку и тянет.

Хочет, чтобы сел. Я ее понимаю, как дочка. Я бы тоже была рада видеть своего папу. Но как Юля-крыса… Кричать охота.

Смолин дает вытянуть свою руку, но шаг навстречу не делает.

— Гуляйте, Лиз. Я поехал.

Подруга хмурится. Колеблется секунду, потом откладывает букет прямо на пол, снова подходит к отцу и виснет у него на шее, поднявшись на цыпочки. Прижимается к щеке. Что-то говорит на ухо.

Он же в это время палит меня.

Раз. Два. Три. Юля, дыши. Все хорошо. Он сейчас уйдет.

Смотрю в ответ. Продолжаю считать про себя.

Ловлю легкий кивок в сторону выхода.

Закрываю глаза.

Можно сделать вид, что слепая? Или тупая?

Открыв, понимаю, что не выйдет. Меня еще несколько секунд сверлят внимательным взглядом карие глаза. Смолин убеждается, что я всё поняла.

Дальше я провожаю обтянутую черным хлопком спину.

Три. Два. Раз. Юля, все плохо. Ты должна пойти за ним.

Пришло время отчитаться.

Юля

Первый мой промах — забытая на диванчике шаль.

Лиза ищет, куда бы пристроить букет от отца, поэтому даже не замечает, что я вслед за ним прохожу к выходу.

Оказавшись на улице — ежусь. Медленно обвожу взглядом темные окрестности. Нахожу его немного сбоку от главного входа. Вроде бы у всех на виду, а с другой стороны, место укромное.

Руслан Смолин прикуривает сигарету и выдыхает упругую струю дыма в пространство перед собой.

Оглядывается. Видит меня. Остается равнодушно-спокойным. Не знаю, что это значит для меня.

Обнимаю плечи руками, вдавливая телефон экраном в ставшую гусиной кожу. Усиленно трезвею. Даю бессмысленные сейчас приказы сердцу угомониться.

Я собираюсь выехать на паузах перед ответами.

Просто сначала думай, потом говори, Юля.

Осторожно спускаюсь по лестнице и, не оглядываясь, направляюсь к мужчине. Если ему важно, чтобы нас не увидели вместе, пусть сам об этом заботится.