Книга Скандальный роман с бывшим мужем, страница 27 – Мария Акулова, Арина Вильде

Взгляд бывшего мужа сквозит самоуверенностью. Я читаю по глазам: будет лезть туда, куда захочет. Ненавижу его за это.

— Ну мужик-то у тебя явно с прибабахом. Нормальный посреди ночи жену на разговор с каким-то перцем не пустил…

Игорь разводит руками, а у меня от возмущения приоткрывается рот. Становится обидно. И неважно, что никакого «мужика-то» у меня и нет.

— Я завязала с ревнивыми самодурами, знаешь ли. Ничего толкового с ними не построишь. Сначала устанавливают бесконечные ограничения, ревнуют к каждому столбу, а потом сами же предают.

Проезжаюсь пренебрежительным взглядом. Как со стенкой говорю. Его мои слова не задевают.

Прет танком.

— А сыну сколько лет?

Сердце пропускает удар. Молю собственные щеки не краснеть.

Считаю в голове и вру:

— Скоро будет четыре.

А в голове уже меняю документы, отнимая от возраста сына полгода. Что-угодно, только бы Игорь не узнал правду.

Он смотрит цепко. Долго. Потом кивает.

— Взрослым выглядит.

Фыркаю.

— Я всегда любила высоких мужчин. Отец у Тимура — тот еще широкоплечий красавчик…

И не вру, и хочу верить, что задеваю.

У Игоря темнеет взгляд. Сжимаются челюсти. Неприятно, да? Ну и супер.

— Это всё, что ты хотел у меня спросить? — чтобы скрыть дрожь в руках, с силой сжимаю блокнот. Голос подрагивает. Не знаю, замечает ли это Игорь.

— Это всё, что ты хотела мне сказать? — он отвечает вопросом на вопрос. Как бы дает мне шанс признаться, но я этого делать не намерена.

— Если ты еще раз явишься ко мне ночью, я не выйду, уяснил?

Серебрянский улыбается хищно. Меня только сильнее трясет.

— К себе пригласишь? С сыном познакомишь? С мужем? — Ерничает.

— Пошлю к черту и стройте свой океанариум без меня, ясно?

Вру, конечно, но сейчас неважно. Хочу звучать отчаянной и убедительной.

Серебрянский улыбается, но спорить не рвется.

— Он же даже не спустился, Агата. А вдруг я тебя украл бы? Шли ты его к черту…

Абсолютно неуместное замечание Игоря поражает до глубины души. Он даже не представляет, как больно делает, наверное.

Смеет бросать упреки моему несуществующему мужу, когда сам… Бросил меня в самый беззащитный период в жизни любой женщины.

— Да пошел ты к черту, Серебрянский! Жил как-то пять лет без меня — вот и продолжай в том же духе! Только твоих советов в жизни мне и не хватало.

Выскакиваю из машины, хватаюсь за ручку и готовлюсь громко захлопываю. Иду к подъезду, чувствуя себя рассерженной идиоткой.

Повторяя про себя же: лучшее, что я могу сделать в этой жизни — это держаться от Серебрянского подальше. Если для этого придется экстренно найти себе «отца» для Тимурки — я готова даже на это.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌

После разговора с бывшим мужем я полночи крутилась без сна. Утром еле продрала глаза. Мы с Тимуркой и жирафом быстро собрались и поехали к детскому кафе, в котором сегодня один из друзей сына из прошлого сада празднует День рождения.

Может я бы пропустила праздник: и сама не слишком бодра, и по Тимурке видно — он трет глазки и хнычет. Не хочет никуда. Но так мы с ним в сентябре точно не договоримся о походе в новый сад. А мне очень-очень нужно, чтобы он вспомнил, как круто бывает в компании детей.

К кафе мы приезжаем с небольшим опозданием. Я вручаю сыну пакет с подарком из виш-листа, который составила расфуфыренная мамочка, заполненные гелием воздушные шарики и передаю из рук в руки аниматору.