Книга Имя нам Легион. Том 9, страница 79 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

— Неужели свадьба?

— Нет, она беременна!

— Молчи, дурень, дай хлыщу сказать!

Пронёсшиеся подобно урагану шепотки над площадью затихли так же быстро, как возникли.

Оказавшись под прицелом сотен камер и тысяч глаз, я ощутил до того незнакомое чувство — боязнь сцены. Когда на моё горло подействовало то же усиливающее плетение, я смело шагнул вперёд со ставшим фирменным мрачным лицом. В голове сами собой возникали картины, как я шлёпаю подставившую меня девчонку. Вот что мешало отправить мне сообщение, чтобы я успел подготовится⁈ Придётся импровизировать.

— Буду краток. Я разработал технологию, позволяющую с высокой эффективностью перерабатывать органические отходы в чистую энергию. Фактически она позволит обеспечить бесплатным электричеством всю Российскую империю, а за ней весь мир. Надеюсь, император по достоинству оценит моё изобретение и дарует мне титул. Приглашаю всех желающих посетить в понедельник нашу базу, чтобы лично убедиться в работе экспериментального реактора. Спасибо за внимание.

Не слушая поднявшегося гомона, я схватил безостановочно хихикающую девушку и потащил её в джип. Вторая рука сама собой потянулась к ремню с тяжёлой пряжкой. Ну держись…

Около Хабаровска

Обычно князь Артём Давидович Умеров радовался приходу весны. Насколько бы ни был привычен русский человек к зиме, отступление постоянной темноты, холодов и слякоти не могло не радовать. Тело будто оживало после долгого незаметного сна, появлялись энергия и жажда движения. Пробуждаясь от зимней спячки, он начинал действовать, раскручивая маховик интриг или сокрушая очередного врага. Путь к вершине оказался долог и тернист.

Но теперь тёплое ласковое солнце не радовало князя, как и новая кубинская наложница. В конце концов он с раздражением отослал её из кабинета, оставшись в одиночестве. Теперь на седого мужчину давила обволакивающая тишина. Взгляд застыл на фотографии на мерцающем экране — молодой щёголь в компании ослепительной баронессы открыто бросил вызов сложившемуся укладу на глазах у сотен журналистов.

Невозможно сделать свой род правящим без чутья. Умеров уничтожил всех соперников, кроме двоих — китайцев и императора. Война с ними обещала стать слишком разрушительной, проще договориться. Относительный мир последних лет нарушило появление Покровского. Интуиция вопила — парень очень опасен. Та банка с краской была хорошим предупреждением.

Князь долго игнорировал неприятный факт, но он боялся, впервые за долгое время. Признание проблемы принесло облегчение. Теперь он знал, почему не мог ни на чём сосредоточиться и сидел взаперти. Пришло время действовать. Страх никогда не был оправданием для бездействия. Князь с решительным видом позвонил в серебряный колокольчик, вызывая доверенного слугу.

— Они прибыли?

— Давно, господин. Собрание ожидает вас в малом кабинете.

Ничего не ответив, Умеров посмотрел в зеркало. Ну и неряшливый у него вид. Одежда смята, борода всколочена, ширинка расстёгнута. Нет, так не подойдёт. Подождут ещё немного, им не впервой.

Через час с грохотом распахнувшаяся дверь взбодрила скучающих дворян. Все они входили в княжескую свиту. Некоторые роды являлись официальными вассалами, другие пока не удостоились подобной чести.

На хозяине дворца скрестилось десять пар глаз, все как один подметили излучаемую князем силу и уверенность. На чисто выбритое лицо, новый французский костюм и живые блестящие глаза даже не обратили внимания, это было нормой. Слухи о слабости Умерова оказались пшиком, перед ними был всё тот же готовый порвать своих врагов зверь.