Книга Имя нам Легион. Том 5, страница 43 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

— Игорь, ты в курсе, что сейчас нанёс неслыханное оскорбление этому заведению? Нас сюда больше не пустят!

— И хрен с ними. Ты правда собиралась вернуться сюда после того, как нас пытались подставить по приказу владельца? — внимательно посмотрел на девушку. Она всё ещё находилась в состоянии крайнего шока и сейчас, скорее, общалась на автомате. Любая случайность могла привести к эмоциональному взрыву. Нужно её успокоить, мне здесь только неконтролируемой истерики не хватало. — Это не единственное место в Хабаровске, где можно вкусно поесть. Сейчас оплатим счёт, и я отвезу тебя в хорошее место с нормальными порциями.

Официант не возвращался, и с каждой минутой Вика нервничала всё больше. Пришлось самому идти на кухню, по пути объяв сжатый кулак ярким огнём. Передо мной мгновенно материализовался бледный как мел мужчина:

— Прошу прощения за задержку, господин! Я разговаривал с начальством, они подтвердили, что вы ничего не должны! Вот ваш чек!

С каменным лицом забрал у него свеженапечатанную бумажку и внимательно прочитал текст, ещё и Андрею скинул. Он подтвердил, что всё верно, и на меня не смогут подать в суд. Ну тем лучше. Я вернулся к Вике, помог ей надеть модную куртку с меховым воротником, взял под руку и повёл даму к выходу.

У нас на пути вновь встал метрдотель, как-то он слишком часто попадался в последнее время, начинал раздражать.

— Господин, госпожа, мы искренне сожалеем, что посещение нашего заведения вызвало у вас столь негативные ассоциации. Я приношу извинения от лица рода Умеровых. Мы будем рады снова видеть вас в числе наших гостей!

— Спасибо, — коротко поблагодарил его и аккуратно отодвинул в сторону.

Андрей по моей просьбе оценил все открытые заведения в Хабаровске, которые могли бы понравиться Вике. Желательно из тех, которые не посещают дворяне. С учётом, что мы познакомились на фудкорте, вряд ли она сильно требовательна к еде.

Отвергнув несколько вариантов, остановился на простом и аутентичном ресторане корейской кухни. Главное, чтобы кормили много и вкусно. После сражения ко мне вернулся сильный голод, съеденного решительно не хватало.

Ехали в тишине. Вика то пялилась в окно, то задумчиво рассматривала меня. Я же следил за дорогой, мало ли нам попытаются устроить засаду. Ещё и снега навалило, благо крутой джип легко справлялся там, где застревали обычные легковушки.

— Где это мы? — наконец очнулась девушка, когда сияющие огнями высотки сменились низкими зданиями.

— Эмигрантский квартал. Не бойся, со мной ты в полной безопасности. — Вдруг у неё плохие воспоминания после празднования Нового года.

— Чтобы я ещё боялась всяких уродов… — Посмотрев на меня, она запнулась и смущённо улыбнулась. — В смысле, спасибо, мне очень приятно, что ты обо мне заботишься.

Я остановился в указанной на невидимом навигаторе точке и помог Вике выйти из машины. К моему удивлению, все пешеходные дорожки были аккуратно почищены. Над входом сверкали незнакомые иероглифы и висели яркие бумажные фонари. Отказался от предложения Андрея о переводе, чтобы сохранить магию момента. Пусть лучше остаётся неизвестной, должна же быть в нашей жизни какая-то загадка.

Внутри небольшого помещения у левой стены находились кассовая зона и кухня, справа коридорчик с несколькими столиками. Интерьер самый обычный — белые кирпичные стены с начертанными на них крупными чёрными иероглифами, плакаты с корейскими поп-звёздами и несколько экранов для трансляции музыкальных клипов.