Книга Имя нам Легион. Том 4, страница 23 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

— Мы высадили их в лагере для беженцев. Некоторые не хотели уходить без тебя, еле уговорили выйти, — ответил словоохотливый пандарен. — Вон, тебе оставили на память.

Между покорёженными элементами нагрудника кто-то воткнул маленький цветочек. Повертев его между пальцами, вернул его на место и кивком поблагодарил парней, выбираясь наружу.

Система сразу подсказала, куда идти, всё той же привычной светящейся полосой. С трудом получалось переставлять ноги, меня будто поставили на ходули, и путь, который я обычно преодолевал за минуту обычным шагом, занял почти десять. Зато хорошо рассмотрел, куда вообще попал.

Это была морская платформа, вероятно, здесь когда-то добывали нефть. Берега вдали почти не видно из-за стены чёрного дыма. Промышленное оборудование демонтировали, чтобы втиснуть несколько модульных построек: госпиталь, казармы, штаб и отдельное помещение для Легионеров, куда я и направлялся.

Увидев внутри выстроенные вдоль стен капсулы, я улыбнулся и лёг в ближайшую свободную. Тело сразу окутал успокаивающий прохладный гель, а перед глазами появилось уведомление о тяжёлых повреждениях оболочки, костюма и исчерпании батарей. И предложение всё исправить. Даже кредиты не потребовали, зачтя успешное завершение дополнительного задания по защите гражданских. Иначе, чувствую, пришлось бы заплатить несколько тысяч, отделали меня знатно.

Долго проваляться не получилось, через пару минут регенерирующий гель и наноботы привели всё в порядок, и прозрачный щиток ушёл в сторону, выпуская обратно в жестокий мир. Зато прямо из расположенной неподалёку мобильной башни Легиона прилетело несколько дронов. Пока я распределял доставленные мне боеприпасы и питательные батончики, остальные перезарядили батареи в костюме и мечах. Отлично, теперь я мог сражаться дальше.

Система сразу отправила меня обратно на шаттл, на котором я прилетел. Во взглядах бойцов читались удивление и зависть. Ещё бы, вышел отсюда пятнадцать минут назад и еле доковылял до капсулы и вот вернулся здоровым и полным сил. Они так не могли, как и переродиться после смерти.

— Как обстановка? — Я похлопал по плечу бойца, с которым недавно говорил, и занял соседнее место. Этот шаттл не предназначался для Легионеров и потому приходилось держать дробовик в руках, иначе он не давал мне нормально сесть.

— Паршиво. — Он тяжело вздохнул, уставившись на прислонённый к стене пулемёт. — Сейчас, может, легче станет. Гражданских наконец эвакуировали, можно работать тяжёлым оружием.

— А до этого почему не использовали? — приподнял я бровь.

— Мы же могли задеть кого-то из своих! Многие оказались отрезаны, вот мы их и вытаскивали всё время. — Он уставился на меня с недоумением и подозрением. — Что, солдатик Федерации, осуждаешь? Ты же сам защищал их!

— Пытаться спасти своих — это правильно, но Рой мог использовать их в качестве живого щита и копить силы для мощного удара. — Повезло, что в этот раз было иначе. Насекомые или симбионты могли и додуматься до такого. — В итоге умерло бы гораздо больше, чем если бы по ним сразу ударили артиллерией.

— Теперь мы этого не узнаем. Зато я смогу спокойно смотреть в зеркало и спать по ночам, — не стал он со мной спорить. — То немногое время, которое нам осталось.

— Откуда такой пессимизм? — Кажется, пора становиться психологом на полставки. Я многому научился во время симуляций на захваченных планетах. Моральный дух порой играл большую роль, чем снаряжение и умения бойцов. — Ты жив и можешь держать оружие, раз планета до сих пор не пала, то велик шанс отбиться, поверь моему опыту.