Книга Козий крайм, или пани из глухомани, страница 14 – Ирена Квасневская

Лысый надел перчатки, нахмурился, закатал рукава и начал методично ковыряться в содержимом контейнера. Тощий наблюдал с брезгливым отвращением.

— Господи, что я делаю со своей жизнью… – пробормотал он.

— Заткнись и помогай! – огрызнулся Лысый и вытащил что-то странное.

— Это оно? – оживился Тощий, подаваясь вперед.

Лысый покрутил находку в пальцах. Это оказался продолговатый камешек. С задумчивым видом он поковырял его пальцем.

— Не похоже.

Тощий вздохнул, обхватив голову руками.

— Мы тут ковыряемся в козьем дерьме, а флешка, может, уже в чьем-то компьютере!

— Или вообще ее в козе не было, – пробормотал Лысый.

Оба переглянулись, внезапно подумав, что предположение о том, что флешку съела коза, может быть ошибочным.

— То есть… она ее не ела? – медленно произнес Тощий и вдруг вскочил, опрокинув контейнер. – Ты хочешь сказать, что мы выгребали это просто так?!

— Ну, слушай, я был уверен, что она ее сожрала. Сначала цапнула меня за карман, а потом так сочно захрустела. Это только предположение. Может, флешка вообще где-то в другом месте… Или у той старухи.

— Предположение! Ты сказал, что она точно у козы в желудке! Мы три дня уже пасем ее, роемся в отходах! Залезли в чужой сарай и украли…

— …граммов триста отборного навоза, – закончил Лысый. – Успокойся. – Он со злостью бросил перчатки на землю. – Может, ты хочешь вернуться и снова порыться?

Тощий поднял руки, как бы сдаваясь.

— Лучше я пойду к бабке. Если флешка у нее, то она будет выглядеть приличнее, чем вот это.

Они сели возле опрокинутого контейнера, молча глядя в утреннее небо.

— Знаешь, – наконец заговорил Лысый, – у меня был неплохой бизнес до всего этого. Три грузовичка. На одном ездил сам, за двумя другими были закреплены водители. Мы возили грузы по Европе – конфеты, оборудование. А потом – кризис, долги… Все продал, подчистую, и все равно должен остался. А тут это предложение. Деньги неплохие. Я даже не сразу понял, во что влез. А когда понял… – Он не закончил, махнул рукой. – А тебя как сюда занесло?

Тощий с минуту помолчал, потом раздраженно процедил:

— Из-за бабы. От них все зло. Я дальнобоем был, зарабатывал хорошо. А потом женился. Красивая, стервозная, на пятнадцать лет моложе. Сиськи как… как у твоей козы!

— Чего это как у моей? Она такая же моя, как и твоя!

Тощий снова помолчал, закуривая сигарету, а потом продолжил:

— Любил я ее. С каждого рейса домой рвался, спешил, как на праздник. Подарки ей привозил, на моря катал. А однажды вернулся пораньше. Всю ночь гнал после смены, думал, обрадую. Обрадовал. И сам обрадовался. Захожу в дом, – а она там с другом моим шпили-вили, трали-вали, это вы не проходили, вот мы вам и не давали. – Он глубоко затянулся. – Не помню, что делал неделю. Пил, гулял, все деньги, которые привез, промотал. Позвонил шефу, сказал, что на работу возвращаюсь. По полгода в трассе сидел, а как приезжал, бухал. И по выходным бухал. Не мог остановиться, по-другому совсем спать не получалось. Только глаза закрою – вижу ее, рыжую. Волосы по подушке разметались, и она под ним стонет. Со мной так никогда… Однажды что-то еще к пиву подмешал, а то совсем невмоготу было. Утром просыпаюсь – голова гудит, а я проспал, ехать надо срочно. Куча пропущенных от шефа. Я и погнал. И влупился на обгоне в легковушку, вылетел в кювет. Машину положил, груз – в утиль. Сам едва жив остался. В больнице анализы взяли, а у меня в крови алкоголь. Ну, на меня весь ущерб и повесили – вина же моя, а страховка при таком раскладе не положена. Хотел отработать, но шеф и слышать не желал. И тут эти со своим «предложением, от которого вы не сможете отказаться». Теперь вот ковыряюсь в… ну ты понял. А так-то мы оба по-прежнему в транспортной сфере, – невесело засмеялся он и сплюнул.