Книга Старый дом на краю счастья, страница 25 – Ирена Квасневская

И даже если некому давать тебе такие указания, самому очень сложно не начать убираться или мыть посуду. Еще сложнее подавать позитивный пример детям и ограничивать их время в гаджетах, говоря, что ты не просто сидишь за компьютером или зависаешь в телефоне (особенно когда 90 % работы у тебя в телефоне).

Безумно сложно отключиться от бесконечных «ма-а-ам» и сосредоточиться на тексте, который пишешь. Особенно когда вокруг не взрослые люди, с которыми можно договориться, а дети разной степени осознанности. Писать текст – это не то же самое, что вязать носок, где отложил клубок и спицы, а потом начал с того же места, на котором в прошлый раз остановился. Ты выскочил посмотреть, что же это с грохотом рухнуло в прихожей или со стеклянным звоном падает на кухне, вернулся – а свежая горячая мысль остыла, уплыла, оставив за собой легкий шлейф недосказанности и разочарования.

Вторая большая проблема – это отсутствие пресловутого «второго взрослого». Любого человека, которому можно было бы доверить детей, когда уходишь. С кем можно было бы разделить ответственность, и кто мог бы подстраховать в непредвиденных ситуациях.

Таких случаев, когда это не банальное «не с кем поговорить», а действительно катастрофическая ситуация выбора, было несколько.

Однажды я с документами торчала в очереди в администрации, когда мне вдруг позвонили из садика: «Срочно приезжайте! Ваша дочь вывихнула ногу!»

Я бросила все и помчалась через весь город на такси – машины у нас не было, час пик, я плакала и умоляла водителя ехать быстрее, а он только разводил руками: «Что я могу, проше пани, вы же сами все видите!»

Мой мир сузился до экрана телефона, на котором было фото плачущей дочки, лежавшей с неестественно вывернутой распухшей ножкой. Я чувствовала боль и бессилие…

Наконец мы добрались, я погрузила ее в такси и помчалась в больницу. В это время остальные дети уже были дома и остались под присмотром старшей дочери. Но ей ведь всего четырнадцать! Конечно, она может помочь, но не взять на себя функции взрослого. Вернулись мы поздно ночью, когда прошли все круги ада местной «эмердженси» – здесь это называется СОР. Сначала несколько часов сидеть в очереди с плачущим от боли и страха ребенком, потом получить отказ: «Мы не можем ничего сделать, у нас нет педиатра, поезжайте в другую больницу», в другой, почти за городом, снова ждать, снова нервничать и слушать крики персонала.

К счастью, все обошлось, и совсем скоро малышка снова весело прыгала по детской площадке.

А второй случай произошел уже со старшей дочкой, которая тоже получила травму – сломала палец на ноге. Не смертельно, но… Эта кошмарная ситуация выбора – кого оставить, кого взять с собой – в одно такси мы не поместимся, да и ехать на ночь глядя всей толпой в больницу тоже так себе удовольствие. Младших не оставить одних, старшую тоже невозможно отправить в больницу одну…

Сейчас вспоминать об этом совсем не страшно, это как смотреть остросюжетный фильм рядом с теплым камином с кружкой глинтвейна в руках. Особенно когда уже заглянул в анонс и знаешь, что все будет хорошо.

Я поняла, что нужна няня, хотя бы для подстраховки в таких экстренных случаях. Тут тоже повезло: воспитатель в детском саду, куда ходила Марта, с удовольствием согласилась на подработку. Пани Уршула была одинокой, много лет жила в Англии, а потом на заработанные там деньги открыла свой собственный садик. Но дело у нее не пошло – не то плохо рассчитала экономику проекта, не то маркетинг подкачал, а, может, конкуренции не выдержала, но через несколько месяцев ее садик закрылся, и она устроилась работать в обычный детский сад. Грустно, конечно, когда все заработанное за десять лет просто растаяло в неудачном проекте, но она не унывала, а за любое дело бралась со всей ответственностью.