Книга Старый дом на краю счастья, страница 49 – Ирена Квасневская

…А с этим полицейским мы еще не раз виделись. Он жил в соседней деревне, поэтому точек пересечения было много. То столкнемся на кассе в единственном на всю округу продуктовом, то окажемся на одном фестивале, который устраивает наша сельская управа. Он звал на кофе, предлагал донести сумки и убеждал, что всегда готов прийти на помощь.

Не знаю, это мне так повезло или здесь действительно немного другой подход, но в точно такой же ситуации в России участковый просто отказался принимать у меня заявление, сказав, что «вы ж все равно помиритесь, а мне потом писаниной заниматься».

Но возвращаюсь в этот злополучный день.

Через полчаса после отъезда полицейских приехала подруга.

Это она вызвала полицию, опасаясь за меня, и уверенная, что у меня не хватит на это духу. И у нее в жизни когда-то был сумасшедший ад – по пьяни ее бывший муж мог ударить, вытащить за волосы из кровати, не говоря уже об оскорблениях и унижениях, а она боялась уйти – не было денег, маленький ребенок… Но последней каплей стало то, что он разрядил охотничье ружье у нее над головой. До этого целился ей в лицо, а она пыталась отползти в угол и прикрывала собой маленькую дочь…

А ведь когда скандал только разгорался, она набирала номер своей соседки. Та пришла и увидела ее – бледную, дрожащую, с трясущимися руками и ее мужа – спокойного, вроде бы адекватного, который заверил, что все в порядке, просто жена «под веществами». Соседка ушла, а когда дверь за ней закрылась, он достал ружье.

На следующий день, как только муж ушел на работу, она взяла дочь и вышла из дома без вещей, с одним паспортом – чтобы он их не хватился. Уехала в другой город, а еще через месяц оказалась в Польше.

Мы с ней пили чай, я понемногу успокаивалась, не зная, что главные испытания еще впереди.

На следующий день меня снова вызвали в школу. Снова строгая пани поджимала губы, стращала меня опекой и намекала, что наша семья вызывает у нее опасения и беспокойство. Я мялась, оправдывалась и говорила, что буду что-то предпринимать. Она успокоилась…

И все же визита опеки избежать не удалось.

Бывший решил таким образом мне отомстить. Он хорошо знал мои слабые места и метил в главную из точек уязвимости – детей.

Он подал анонимное заявление на меня. После его отъезда старшая дочка показала историю поиска в телефоне Марты – у него не было польского номера, и он пользовался ее телефоном с местной симкой, а почистить поиск не догадался. Там было «юрист опека вроцлав», «органы опеки вроцлав».

Я потом видела этот донос. Он писал, что я держу детей в нечеловеческих условиях – в грязи, в холоде и оставляю их без присмотра.

И снова я кинулась за помощью к друзьям.

Ко мне приехала целая команда – девочки отмыли весь дом и привели его в человеческий вид, насколько это вообще было возможно. Где можно было подкрасить или починить – сделали это, где нет – прикрыли ковриками, мебелью, драпировкой… На окнах появились нарядные занавески, на стенах – какие-то панно… даже старая обшарпанная мебель была как-то задекорирована и теперь напоминала эксклюзивную винтажную, с авторским дизайном.

Визит инспектора из опеки прошел отлично, в отчете условия были названы приемлемыми. Кстати, и учителя из школы, и даже строгая завуч встали на мою сторону и написали хорошие характеристики.